Толкая перед собой велосипед, Лиззи приблизилась к мужчине.

— Здравствуйте, капитан! Вы, значит, вернулись?

— Привет, Лиззи! Да, боевой конь вернулся в старую конюшню, — голос капитана был нарочито веселым, как обычно.

— И давно вы дома?

— Уже три недели. Дали отпуск за хорошее поведение! А ты как поживаешь?

— Прекрасно. Вот только надоело каждый день возиться с этими продуктовыми карточками!

— Жаль, что тебя не берут на службу. Но тогда тебе пришлось бы выбирать, кому ты больше нужна — армии, авиации, флоту — или миссис Фултон.

— Да, пришлось бы, — улыбнулась Лиззи и смело взглянула ему прямо в лицо.

Это было частью его игры в «бравого парня» — капитан всегда смотрел в лицо собеседнику так, чтобы тот мог видеть обе половины его лица — левую, с выразительным карим глазом, пушистыми ресницами и гладкой кожей, и правую, обезображенную длинным шрамом, шедшим от подбородка до самого виска, оттягивавшим вниз угол правого глаза и превратившим половину рта в узкую бесформенную щель.

Даже в сумерках Лиззи заметила некоторые изменения к лучшему, произошедшие за то время, пока она не видела капитана Боунфорда: уголок рта уже не висел так беспомощно, а губы начали постепенно обретать былую форму. Однако на левой руке капитана все еще была надета черная перчатка. Три месяца назад он, в своей обычной шутливой манере, сказал, что ему собираются «пришить новую лапу», однако пока все оставалось по-прежнему. Бедный парень!

Первый раз Лиззи встретила капитана в начале сорок первого. В тот вечер, когда Лиззи неожиданно столкнулась с ним на дороге, Ричард попытался отвернуться.

Заметив страшные увечья, Лиззи хотела убежать, но заставила себя остановиться и даже попыталась улыбнуться, сказав:

— Я, кажется, опять нарушила ваши владения. Меня зовут Лиззи Гиллеспи, вы меня, наверное, знаете. Я... живу у Фултонов.

— О да, конечно, я слышал о тебе, Лиззи. Извини, если... напугал тебя, — немного смущенно произнес Ричард, и Лиззи сразу понравился его на редкость приятный голос.

— Нет, что вы! — воскликнула она и, помолчав минуту, тихо добавила: — Я рада, что вы... что вы вернулись, сэр!

Вернувшись в тот вечер домой, Лиззи долго плакала. Берта как могла успокаивала ее.

— Не надо так переживать, девочка! Ему еще повезло, ведь он остался жив.

Но Лиззи была другого мнения:

— Ма, мне кажется, что он сам жалеет об этом... Нет, я уверена, он жалеет, что его не убили!

Однако сейчас, год спустя, у Лиззи уже не было той уверенности.

— Можно мне прогуляться с тобой, Лиззи? — спросил Ричард.

— Конечно! В компании веселее. Я не очень люблю эту дорогу через лес.

— Неужели солдаты беспокоят?

— Нет, — Лиззи рассмеялась, — местные парни. И чем старше они становятся, тем противнее с ними общаться.

— А у тебя есть... приятель?

— Нет.

— Я бы сказал, что кое-кто много потерял.

Лиззи снова рассмеялась:

— Нет, я так не думаю.

— Ну и зря. — В его голосе послышались серьезные нотки. — Сколько тебе лет, Лиззи?

— Почти девятнадцать.

— Прекрасный возраст. Да, кстати, я как-то раз видел Эндрю, он приходил ко мне в госпиталь. Спрашивал о тебе!

— Правда?

— Да, это было не так давно. Эндрю сказал, что собирается в отпуск.

— Наверное, это замечательная новость, — сказала Лиззи без всякого энтузиазма.

Ричард положил руку на руль велосипеда, и Лиззи была вынуждена остановиться. Они уже вышли на открытое пространство, и в угасавшем свете дня Лиззи увидела, как блеснул здоровый глаз Ричарда, когда он спросил:

— А ты будешь рада его приезду?

— Не знаю, капитан! — Лиззи покачала головой. — Ну что из этого может получиться?

— Все, что захочешь, Лиззи. Эта война, кроме бед, что натворила, уничтожила множество запретов и предрассудков, и сломает еще столько же, прежде чем закончится. Жизнь сильно изменилась, Лиззи.

— Но не в том, что касается мистера Брэдфорд-Брауна.

— Власть мистера Брэдфорд-Брауна сходит на нет, Лиззи! Жаль, что этого не произошло раньше, по скоро все будет по-другому! — голос Ричарда снова стал ровным, когда он спросил: — Ну, а как поживает наш главный сержант?

— Судя по последнему письму — хорошо. Только он уже второй лейтенант. Недавно прошел комиссию.

— Второй лейтенант? Ну и ну! Молодец, растет парень. Вот что значит — война... Он ведь тоже должен был приехать в отпуск, не так ли?

— Да, но почему-то задерживается, и миссис Фултон уже волнуется. Впрочем, она все время будет переживать, пока он не вернется домой совсем...

Лиззи подумала, что не стоит слишком много говорить о возвращении Джеффа с Ричардом. Судя по тону, Ричард кое-что знал про Джеффа и свою жену, поэтому Лиззи не собиралась сыпать еще соли на раны бедного парня. Лиззи слышала от Мэг, а та, в свою очередь, — от Флори Райс, что миссис Боунфорд, будучи еще просто Дженис, «хорошо проводила время» с Джеффом, а потом, уже став миссис Боунфорд, так же неплохо — еще кое с кем, пока муж лежал в госпитале.