— Адам, если станешь сейчас что-то затевать, я сама тебя убью, — прошептала Хельвен, поднимаясь во весь рост для встречи будущего мужа.

— Я? — насмешливо отозвался Адам. — Да с какой стати я должен что-то затевать? Неужели ты думаешь, мне хочется до конца дней мучиться угрызениями совести?

Колени Хельвен внезапно ослабели, как только дошел двойной смысл язвительной реплики. Адаму даже пришлось проявить всю свою ловкость и поспешно подхватить молодую женщину под локоть, видя, что та буквально падает со ступенек помоста. Внизу уже стоял Варэн де Мортимер, упершись руками в пояс меча и разглядывая Адама со смешанным чувством раздражения и глубокой неприязни. Хельвен высвободилась из рук Адама и с теплой приветственной улыбкой подошла принять плащ гостя. Когда она протянула руку к застежке, де Мортимер обнял Хельвен за талию и потянулся ртом к губам. Поцелуй был кратким, но вполне ясно показал, кому принадлежит эта женщина.

— Стало быть, ты уже вернулся из долгого похода в обществе нашей императрицы, и даже цел и невредим, — обратился гость к Адаму.

— Как будто бы так. — Адам потянулся через стол за своими ножнами и сразу стал пристегивать их к поясу.

Де Мортимер рассматривал Адама с презрительным и насмешливым взглядом, словно видел перед собой забавного воинственного ребенка, по всем статьям, безусловно, уступавшего ему, истинному рыцарю.

— Ну надо же, — задумчиво продолжил де Мортимер, — будто только вчера я тренировал тебя в том дворе. — На лице Варэна проступила противная усмешка. — Слышал, тебе пошла на пользу та трепка, которую я тогда задал.

— Да, Варэн, тот поединок принес мне гораздо больше пользы, чем тебе, — спокойно ответил Адам и повернулся к Хельвен с таким видом, будто совершенно забыл о присутствии другого человека. — Деньги у меня в подсумке. Я пошлю за ними Остина. Что ты решила в отношении Весельчака?

— Я... пока не знаю, — запинаясь, пробормотала Хельвен, совсем растерявшаяся среди волн враждебности, явственно исходивших от обоих мужчин. — Еще не успела обдумать.

Адам бросил мимолетный ревнивый взгляд в сторону де Мортимера.

— Тогда я его оставляю. Если мне не изменяет предчувствие, ты не собираешься продавать его на виндзорской ярмарке. Что же касается другого вопроса, позволь мне заняться этим. Если что-нибудь узнаю, сообщу тебе.

Хельвен кивнула.

— Спасибо, Адам.

— Не думай об этом. — Криво усмехаясь, он набросил на плечи накидку и, так и не притронувшись к вину, быстрым шагом направился мимо Хельвен и де Мортимера к своим людям.

— Ты разве не хочешь нас поздравить? — колким тоном бросил ему вслед де Мортимер. — Я ведь, по сути дела, стану кем-то вроде твоего брата после свадьбы, не так ли?

Адам не обернулся. Ему было очень трудно пересилить себя, но все же он ответил пересохшими губами, превозмогая отвращение:

— Примите мои поздравления. — Затем торопливо вышел из зала, подавляя соблазн совершить сейчас нечто совершенно безрассудное.

Оказавшись на дворе замка и вдохнув чистого холодного воздуха, Адам все-таки не удержался и сильно ударил кулаком каменную стену, которая в этот момент заменила красивое и презрительно улыбающееся лицо де Мортимера. От резкого удаpa кожа на руке лопнула и образовались многочисленные кровавые ссадины. Адам посмотрел на выступившую кровь и с глубоким вздохом ощутил, что физическая боль даже приятна, ибо отгоняет прочь мысли, ранящие гораздо больше.

— Вот и я на него так же реагирую, — Ренард сбежал по лестнице вслед за Адамом. — Осточертел своим снисходительным видом, обращается так, будто я не старше Уильяма.

— Иногда ты от него почти не отличаешься своим поведением.

— Ты уезжаешь в Торнейфорд прямо сейчас?

Адам осмотрел свои разбитые костяшки пальцев, принесенные им в жертву после слишком длительной выдержки характера, затем кинул безрадостный взгляд в сторону Ренарда.

— А что?

— Нет, просто так. — Ренард пожал плечами. — Думал поехать с тобой. Звездный Свет совсем застоялся, надо дать ему нагрузку. Да я и сам не хочу оставаться здесь, пока этот Варэн кукарекает и расхаживает возле Хельвен с важным видом, точно петух, захотевший потоптать курицу. Ты заметил, сколько колец он напялил себе на пальцы?

Адам взглянул на своего союзника и невесело усмехнулся.

— Заметил.

— И вдобавок еще таскает с собой нард[4]. Запах слышен за милю! — Ренард сморщил нос. — Боже милостивый, да у этого типа вряд ли в сердце осталось место для бедной Хельвен. По-моему, он безумно влюблен в самого себя.

Не отреагировав на последние слова, Адам подошел к Лайярду, расстегнул седельный подсумок и вытащил кожаный кошелек. Затем вложил мешочек с деньгами в руку подошедшему оруженосцу. — Остин, иди в зал и отдай это леди Хельвен. Скажи, что лишние двадцать монет — подарок к свадьбе. Она знает, о каких деньгах идет речь.

— Да, господин.

Адам посмотрел вслед побежавшему прочь парню и снова повернулся к коню. Сняв с луки седла прикрепленный шлем, надел его себе на голову.

— Тебе понадобится амуниция, — сказал он Ренарду. — Полагаю, ты это знаешь. У тебя есть собственная кольчуга?

— Есть одна, хотя она принадлежала моему утонувшему брату. Сейчас она мне подходит даже лучше, чем ему. Подождешь меня?

Адам кивнул в сторону светло-серого жеребца, стоявшего с расслабленной подпругой рядом с Лайярдом.