Шрифт:
– Вряд ли, курсант Катилина. Даже если в отдельных храмах и есть такие хода, у них ничтожная пропускная способность. Толпа закупорит их намертво.
– Тогда в чем дело?
– Тема сегодняшнего занятия, – повторил легат Квинт, окидывая класс строгим взглядом, – «Поведение ботвы в кризисных ситуациях». Что такое кризисная ситуация, вам известно. Что такое ботва – тоже. Остановимся на поведении. Оно зависит от психологии расы. Брамайны – энергеты. Они черпают свою внутреннюю энергию, способную поднять звездолет или запустить двигун мобиля… В чем, курсант Тумидус?
– В физических страданиях тела, господин легат!
– Что значит смерть для тех, кто с детства привык страдать? Для аскетов и мучеников? Если смерть навсегда, это конец страданиям. Если смерть – шаг к новому рождению, как верят брамайны… Подскажите, курсант Катилина!
– В таком случае, – буркнул Катилина, – смерть ничего не значит.
– Что из этого следует?
«Что?» – без слов спросил класс.
– Брамайны не будут спасаться от смерти. Не будут искать оружие, прибегать к помощи войск. Они и от рабства-то не очень спасаются. Запомните: брамайны – фаталисты. Единственное, что имеет для них значение – милость богов, которых у брамайнов тьма тьмущая. Поэтому они ринутся в храмы. Милость богов – удача в следующем рождении. Убьют брамайна захватчики, умрет ли он рабом в ходовом отсеке галеры; сейчас или позже – это не слишком принципиально для них. Главное: следующее рождение в лучшем теле, в лучших условиях. Берите брамайнов на коленях у их богов, и не ошибетесь…
Квинт коснулся сенсора на пульте.
Модель изменилась. Грязный, яркий, сказочный Дхатрапур сменился ультрасовременным полисом. Паника никуда не делась. Дороги запрудили машины, в воздухе кишели аэромобы. На город садились десантные боты, форсируя двигуны и стреляя по окраинам.
– Ларгитас, – объяснил легат Квинт. – Техноложцы. Итак, места максимального скопления граждан? Где будете брать ларгитасцев, курсант Катилина?
– В бомбоубежищах, господин легат!
– Разумная мысль. Где вы будете брать гематров в аналогичной ситуации?
– Дома, господин легат. Гематры хладнокровны.
– Ошибаетесь, курсант. Хладнокровие не означает пассивности. Напротив, с гематрами вам придется повозиться. Какие еще есть мнения?
– На пунктах эвакуации? – предположил Марк.
– Именно! На космодромах и в аэропортах. И поторопитесь – гематры в секунду просчитают, успеете вы взять их тепленькими или опоздаете…
Модель схлопнулась.
– Записывайте, – объявил легат Квинт. – Средства создания кризисной ситуации. Точечные бомбардировки и пожары, инфразвук; оптические иллюзии для направления бегства в нужную сторону…
IV
– Докладывает 1-й навигационный пост. Цель следует прежним курсом, ускорение – без изменений. Время сближения расчетное.
– Докладывает 2-й навигационный пост. Сопровождение не обнаружено. Тактическая сфера – чисто.
– Докладывает 3-й навигационный пост, – отрапортовал Марк Кай Тумидус, навигатор-3 по боевому расписанию либурны. – Сфера дальнего обнаружения – чисто.
Каждый офицер абордажной пехоты осваивал в училище две смежных специальности. На корабле не только все системы имели дублирующие контуры. Члены экипажа тоже были взаимозаменяемы, как стандартные блоки. В этом, утверждал дисциплинар-легат Гракх, кроется залог живучести либурны. Марк обучался на навигатора и второго пилота, а еще по собственной инициативе записался на факультатив «Специальные системы вооружения» – самый популярный в училище.
Он перепроверил данные систем слежения. Наблюдение велось больше часа. Космос в радиусе сферы дальнего обнаружения – двадцать световых минут – был девственно чист. Лишь в одиннадцати с половиной световых минутах болтался планетоид LZ-1243, унылый и безжизненный, сто раз просканированный вдоль и поперек. На границе сферы плоскость эклиптики пересекал блуждающий метеорный поток.
Ну и, конечно, цель.
Круизный лайнер «Огнедар» вехденской туркомпании.
Вводная операции была проста: Великая Помпилия вступила в военное противостояние с Вехденской империей. Ведутся локальные боевые действия. В связи с официальным объявлением войны все транспортные средства противника – военные и гражданские – становятся законной добычей помпилианских ВКС. Вперед, либурнарии! У вас развязаны руки!
Отечеству нужны рабы.
Поскольку лайнер мог оказаться приманкой, капитан либурны осторожничал. В капитанах ходил курсант Сулла, чуть не лопавшийся от гордости. Боясь облажаться, он, против обыкновения, не спешил, всюду ища подвох. Навигаторы обшаривали космос, сканируя его во всех диапазонах в поисках вражеских крейсеров, притаившихся в засаде. Либурна тем временем, включив режим скрытности, подбиралась к лайнеру. Скрытность жрала чертову прорву энергии, но в случае удачи урожай обещал окупить затраты сторицей.
– Внимание всем постам! Доложить готовность! Начало операции – через минуту тридцать. Отсчет пошел!
Сулла решился.
Вперив взгляд в вирт-сигнализатор, Марк дважды моргнул, подтверждая готовность – время голосовых рапортов закончилось. Силуэт лайнера рос: либурна включила форсаж, идя на сближение. На миг Марк пожалел, что не может видеть со стороны, как их корабль, сняв экранирующее поле, возникает из мрака в километре от «Огнедара», словно приговор судьбы. Изображение в контрольной сфере пошло рябью: континуум лихорадило. Это Сулла включил локальные искривители пространства, сбивая настройки гиперсвязи, лишая лайнер возможности вызвать помощь.