— Но эта женщина пришла к вам с помощью. Она ухаживает за больными апачами, а когда она обнаружила, что агент плохой человек, отдающий в рабство людей резервации, она попыталась помешать ему.

Полицейские начали переговариваться тихими голосами.

— Полукровка говорит правду. Она обучила мою сестру ухаживать за больными.

— Ечиву забрали из моей деревни белые охранники Лемпа, — добавил другой.

— Но мы работаем на агента. Он платит нам огненной водой и хорошими лошадьми, — завопил их вожак, но ему возразил целый хор голосов.

— Желтоволосая хорошо лечит.

— У нее доброе сердце.

— Кто-нибудь из вас видел людей, которых отправили на шахты? Вы знаете, что их заставляли против воли — голодом, побоями? — спросила Иден.

В ответ полицейские лишь покачали головами.

— Неужели вы променяете честь воинов на лошадей и виски, когда ваши братья погибают от рук агента?

Волк ощутил, словно волна прокатилась, и громкий их ропот заглушил команды вожака и двух его лейтенантов.

А в это время в здании поста Калеб Лемп, вынув из стены несколько кирпичей, вытащил из тайника сверток, обернутый кожей. Положив его на письменный стол, развернул. Открылась конторская книга. Пока Лемп просматривал записи, Аарон Торрес наблюдал за ним, чуть приоткрыв глаза.

— Подсчитываешь, сколько тебе должен Баркер? — спросил он из своего угла, где лежал связанный по рукам и ногам.

— Заткнись или кляп вставлю, — сказал Лемп, злобно сверкнув глазами.

— Поскольку ты собираешься убить меня, кляп не очень страшен, — сказал Торрес с удивительным спокойствием.

Если бы только Иден удалось сбежать. Рано утром он слышал, как охранники докладывали Леишу, что не обнаружили Иден в лагере, но буквально через полчаса послышался выстрел и поднялась суматоха. И пока он ждал, опасаясь за ее жизнь, ничего не происходило. Надежда возродилась с новой силой. Во всяком случае, Лемп готовился удрать.

— Ничего тебе Баркер не заплатит, Лемп. Не будь дураком. А ты стал преступником. И все из-за жадности, — поддразнил он.

— Я сказал тебе заткнуться, — яростно закричал Лемп, подходя и собираясь пнуть доктора по ребрам.

От удара доктор задохнулся и сжался. В тот самый момент, когда Лемп собрался нанести еще один удар, распахнулась дверь и в помещение шагнул Волк, целясь в агента из своего кольта.

— Не надо, — только и сказал он, показывая дулом, чтобы Лемп отошел от доктора к письменному столу.

Следом ворвалась Иден и бросилась к доктору Торресу.

— Ох, доктор, вам очень плохо?

— У меня на голове шишка с куриное яйцо, и вот ребра побаливают, но, похоже, я выжил, — сказал Торрес, освобождаясь от пут.

— Так, а что у нас здесь? — спросил Волк, видя, как Лемп, прижимаясь к столу, пытается прикрыть телом конторскую книгу.

— В этой книге доказательства конкретных его сделок с Баркером, — он прятал ее в тайнике в стене. Я думаю, он собирался этим шантажировать Баркера и его дружков, — сказал Торрес, когда Иден помогла ему сесть.

— Колина это здорово заинтересует, — присвистнул Волк, толкая Лемпа на стул и разворачивая книгу, чтобы лучше было видно. — Док, как вам нравится идея этими веревками связать нашего клиента?

— С величайшим удовольствием, — ответил Торрес, поднимаясь и разминая ноги, чтобы восстановить циркуляцию крови. Взяв у Идеи веревку, он подошел к Лемпу. — А я слышал выстрел и звуки погони, — сказал он, глядя на Иден и связывая руки Лемпу.

Иден закусила губу, вспомнив пятно крови на груди напавшего на нее апача.

— Я убила одного из его полицейских, когда пыталась бежать. Он… он набросился на меня.

— Мерзкая история, док, — вмешался Волк.

— Но ты все же сбежала, Иден. А это самое главное, — сказал Торрес, заканчивая связывать Лемпа.

— Благодаря Волку и вашей работе среди апачей, — ответила она, быстренько объясняя, как им удалось уговорить полицейских отпустить ее. — Затем двоюродный брат Тома и еще двое разоружили сторонников Лемпа и поехали на шахты. Как только они увидят, что там творится, я думаю, в «Белой горе» уже никого не заставят работать силой, — закончила она.

— Особенно теперь, когда агент Лемп освобожден от своей должности, — добавил Волк, холодно улыбаясь Лемпу. — Я думаю, тебе предстоит свидание с тюремным подземельем в Прескотте.

— Вам никто не поверит. Твое слово против моего, а ты к тому же и полукровка, — презрительно сказал Лемп, хотя глаза и выдавали страх, который он пытался скрыть.

— А представь себе, что они поверят мне и Иден, — жестко сказал Торрес. — Позвольте, я сначала осмотрю моих пациентов, а потом поеду с вами, чтобы сдать агента шерифу.