— Но что же еще он может делать, чтобы содержать жену и семью? — мягко спросила Мэгги, размышляя, что Колин мог бы предоставить ему постоянную работу, где не приходилось бы применять оружие.

Но она чувствовала, что Волк не тот человек, который примет предложение Колина. Благотворительность больно ударила бы по обостренной гордости апача.

— У его отца есть деньги.

Идеи вкратце описала детство Волка и попытки отца отыскать сына после смерти жены.

Мэгги припомнила уклончивые высказывания Волка, сделанные по дороге из Соноры.

— И Волк готов пойти на это ради тебя? Но это означает, что ты ему очень дорога.

— Когда Волк сказал мне, что любит меня… он не делал это так бойко и торопливо, как Ласло… да и все остальное было по-другому. — Она вспыхнула под озабоченным взглядом Мэгги. — Он другой.

От проницательного взора Мэгги не укрылось то, что не договорила Иден.

— Похоже, вы вдвоем уже обо всем договорились. И все, что остается мне, это смягчить отца. А о нем нельзя сказать, чтобы он был нездравомыслящим человеком. Идеи. Я поеду с ним в Тусон. В долгой дороге можно обо всем переговорить.

— Ох, Мэгги, и что бы я без тебя делала! — Идеи обхватила Мэгги и крепко обняла ее. — Я так рада, что отец женился на тебе.

Если бы и Калин так же радовался. Если бы…

Остаток дня Мэгги провела, помогая Иден и сестрам из индеанок заботиться о больных, устраивая их по возможности удобнее. Доктор Торрес и Колин собрали мужчин, вакцинированных или уже переболевших, и все вместе сколотили из сосновых веток койки, а затем перенесли больных индейцев в здание поста. К вечеру самодельный лазарет уже вовсю функционировал. Агента Лемпа нигде не было видно.

Мэгги окунала чистую тряпку в холодную воду и обтирала индейца, находящегося на ранней стадии заболевания и еще не покрывшегося волдырями. Но все, что Мэгги могла сделать, — это по возможности охлаждать его.

— Ну-ка, давайте сделаем перерыв. Женщины приготовили завтрак. Вы и так работаете весь день, а до этого совершили длинный переезд, — сказал Торрес, забирая тряпку из рук Мэгги.

Она улыбнулась доктору и начала вставать, но тут же ощутила головокружение. Комната перед глазами закружилась, и Мэгги потеряла бы равновесие, если бы доктор не поддержал ее.

— Я… я не знаю, что это со мной.

— Вы сказали, что прошли вакцинацию еще на востоке? — встревожено спросил он.

— Да. И я уже общалась с больными неоднократно. У меня вполне надежный иммунитет. Просто погода действует немного.

— Вы слишком напряженно трудились и ничего не ели с завтрака. Да и был ли завтрак-то? — спросил он, озабоченно хмурясь.

Вспомнив свою утреннюю реакцию на еду, Мэгги припомнила, что и сегодняшний завтрак тоже в ней не удержался, и, слава Богу, приехала Эд, а то Айлин впихнула бы в нее еще и овсянку.

— Боюсь, мне просто некогда было есть. Она пошла к кухне, а зеленые глаза Торреса встревоженно посмотрели ей вслед.

Тушеная оленина и маисовые лепешки были вполне съедобны. У Мэгги разыгрался волчий аппетит. Колин зашел в кухню, когда она уже разделывалась со второй порцией.

— Ну, я вижу, ты поправилась, — наконец-то аппетит появился. Док сказал, что у тебя была слабость.

Ее удивила встревоженность, согревающая его взгляд. Глаза приобрели оттенок прекрасного коньяка, и она упивалась этим напитком, пьянея, не отведав еще и глотка.

— Я… со мной все в порядке, Колин. Я просто весь день забывала поесть, вот голова и закружилась.

— Ну, ты хорошо поработала, и хватит на этом. Я забираю тебя спать — тебе надо отдохнуть, — чересчур торопливо распорядился он. И тут же непрошеная улыбка смягчила уголки рта. — Это приказ доктора.

— А мы ведь не можем ослушаться доктора Торреса, не так ли? — весело спросила она, промокая губы кружевным платочком, превращенным в салфетку.

Чтобы не спать на переполненном чердаке среди храпа людей и стонов больных, Колин решил воспользоваться для отдыха своей семьи апартаментами Калеба Лемпа. Пройдя по длинному коридору, они вошли в открытую дверь. Агент хоть и не был , отменной домохозяйкой, но в его большой комнате было достаточно опрятно и уютно.

— Даже и не скажешь, что это квартира Лемпа, правда? — спросила Мэгги, оглядывая здоровенную софу, набитую конским волосом.

В пепельнице, стоящей на столике перед софой, оставался сигарный пепел. В хорошо укомплектованной гостиной, помимо этой мебели, располагались бра, большой письменный стол из дуба и узенький сосновый библиотечный столик с четырьмя креслами вокруг.

— Я подумал, что, поскольку агент на время эпидемии освободил квартиру, мы можем ею воспользоваться на ночь. У него две спальни. Наша — за этой дверью. А Эд и Иден, я думаю, могут воспользоваться той комнатой, где прошлой ночью спал Поткин. Кровать Лемпа достаточно широка, чтобы мы на ней разместились вдвоем.