— Что тебе известно?

Лорэлай плавно отстранился от него и произнёс:

— Мне известно, что ты нарушил все мыслимые директивы и запреты именно из-за своей семьи. Так не бывает, но у тебя получилось. Подобная преданность своей семье, пусть и посмертная, достойна похвалы…

Вдруг он опустил лицо и вмиг помрачнел.

— Но тебе больше незачем подчиняться ему, Мортэм. У него нет больше этого козыря.

— О чём ты говоришь? — в голосе зомби проступила напряжённость.

— Ты хочешь это слышать? — прошептал Лорэлай, подняв лицо. Прищурился. Мортэм медленно поднялся с крышки криокамеры. Какой же он огромный, с трепетом подумал Лорэлай и отступил ещё на шаг.

— Хочу. Говори.

— Я… его любимая игрушка, и он часто делится со мной секретами и сомнениями. Ну, скажем, он не ждёт советов и поддержки, а просто выговаривается. Он мне рассказал. А тебе, разумеется, не захотел ничего говорить… Эм… Понимаешь… Эрих не смог уберечь твоих родных от людей Драга.

Мортэм замер, хотя казалось, что стать ещё более неподвижным невозможно. А потом он сел на крышку криокамеры, будто вдруг ноги его подломились. Боевой зомби казался статуей, разрушающейся от времени и ветра.

— Что… — прошептал зомби. Лорэлай сглотнул, невольно почувствовав страх перед неизвестным. Так не бывает. Но этот зомби класса Бета действительно чувствует. Надо усилить воздействие. Узкая тёмная фигура певца прильнула к бледному зомби.

— Тот человек… Йохан Драг, если я не ошибаюсь, заместитель, исполнительный директор «Танатоса», всё-таки выполнил свою угрозу, отомстив тебе перед тем, как Краузэ с ним разделался. Ты должен был выполнить задание, но не смог. И… он успел отдать приказ своим головорезам уничтожить твоих родственников.

Мортэм, согнувшись, неподвижно сидел на крышке криокамеры. Пространство сжалось до серо-кровавой точки диаметром в игольное ушко и в Большой взрыв.

Мортэм решил, что умирает во второй раз.

В глазах темно. Темно и ярко, и боль переполняет стылые артерии, рвётся наружу. Мортэм ослеплён. Звуки и эмоции, вкрадчивый голос чёрной пиявки и формальдегид, горький привкус на корне языка вернулись на мгновение, чтобы…

Исчезнуть. Вместе с ним самим.

Лорэлай рассказывает с мерной печалью. Будто поёт над хрустальным гробом последнюю колыбельную. А Мортэм слушает.

— Зачем ты рассказал это мне? — хриплым полушёпотом спросил зомби, наконец.

— Я хочу, чтобы ты знал правду. Тебя обманули. Краузэ и Эрих — оба, но Краузэ просто не успел помешать. Эрих успел бы, но не захотел. Он заполучил тебя, помог другу вычислить врага — и довольно.

— Зачем? — повторил зомби. Лорэлай начал злиться.

— Чёрт побери! — всплеснул руками он. — И ты до сих пор не хочешь отомстить?!

— Я мёртв. Я ничего не хочу, — хрип прозвучал устало.

Лорэлай обхватил его лицо ладонями, заставил взглянуть себе в глаза.

— Мортэм, освободи нас обоих! Отомсти за свою семью и за свою поруганную честь! Неужели ты не хочешь этого?!

— Что я должен делать?

Лорэлай выдержал паузу. Потом приник к уху зомби и прошептал:

— Убить его.

— Я не могу убить Хозяина.

«Покорная скотина», — на мгновение Лорэлаю захотелось вцепиться в его горло. Он заорал:

— А на Краузэ, своего бывшего Хозяина, значит, смог броситься?! Не прикрывайся какими-то там программами и запретами! Ты совсем другой! Ты можешь сам выбирать, как действовать. Смерть одного мерзавца с манией величия — и мы свободны, а твоя мать и брат — отомщены, — слова Лорэлая воспринимаются не ушами. Кожей. Застывшими капиллярами. — Скажи, что тебе терять?! Теперь?

— Я попытаюсь сделать это, — кивнул зомби, и его белый гребень качнулся, словно водоросли в холодной воде, — но я не обещаю. У Резугрема всегда с собой электрошок.

— О, — Лорэлай улыбнулся уголком рта, — обещаю взять это на себя. В следующий раз, когда он войдёт к тебе… просто действуй.

Зомби стиснул челюсти. Это было похоже на посмертный спазм лицевых мышц. Лорэлай почувствовал, что теперь можно слегка расслабиться. Эти твари никогда не бросают слов на ветер.

Электрошок. Да, неприятная штуковинка. И для подстраховки успеха предстоящей операции её и впрямь следует незаметно изъять у Эриха. Не хотелось бы, чтобы в случае неудачи этого зомби уничтожили бы как опасного. Когда ещё так удачно сложатся обстоятельства? Второго такого идеального исполнителя может никогда и не оказаться в распоряжении Дивы.

Стараясь скрыть торжество, Лорэлай аккуратно сжал пальцами плечо Мортэма и проговорил:

— Всё будет хорошо. У нас всё получится. А потом ты будешь свободен. И я тоже.

С этими словами он поспешно вышел из кельи, едва заметно передёрнув плечами, словно его мёртвое тело могло испытывать озноб.

Сид старался вести себя уверенно и непринуждённо, но это у него получалось с трудом. Всё-таки в подобных заведениях он никогда прежде не бывал. Не какая-нибудь жалкая грязная забегаловка, по углам которой валяются то ли уснувшие в пьяном бреду наркоманы, то ли уже трупы наркоманов, не рассчитавших очередную дозу; где нет спасу от проституток и воров и в которой постоянно надо держать ухо востро. Здесь же всё было совсем по-другому. Чистенько и тихо. Ненавязчивая ничего не значащая музыка, льющаяся из вмонтированных в стену динамиков. Негромкий гул разговора малочисленных посетителей. Приятный запах дорогого табака и неплохого, хоть и искусственного, кофе.