– Я имею в виду, что где-то должны быть ответы на наши вопросы. И если кто и способен их найти, так это ты. Мы не можем ждать, пока Николаус что-то вспомнит. Мы должны искать сами, – говорит Ребекка. – Не исключено также, что и у тебя, и у Линнеи есть силы, которых вы пока не обнаружили. Моя, например, проявилась совершенно неожиданно.

То, что говорит Ребекка, звучит логично. Запастись терпением не повредит. И если такая зубрилка, как она, может чем-то помочь общему делу, то….

Мину резко остановилась. Она кое-что вспомнила. И хотя это не конец света, но нечто вроде того.

– Что случилось? – спрашивает Ребекка.

– У нас завтра контрольная по химии, – говорит Мину. – А я не успела подготовиться.

Линнея живет в восьмиэтажке недалеко от парка Стурвальспаркен. Это один из тех домов в городе, где больше половины квартир пустуют и стоят заколоченными.

В подъезде пахнет мочой. Ванесса морщит нос, Линнея криво улыбается.

– Добро пожаловать в эксклюзивный отель, – говорит она.

Линнея открывает дверь лифта, и они заходят внутрь. Лифт, легко вместивший бы десять человек, медленно ползет вверх. Ванесса видит свое отражение в зеркале. Она выглядит как персонаж фильма ужасов: листья в спутанных волосах, косметика размазана.

Она вдруг понимает, что нужно позвонить Вилле. Но просить у Линнеи телефон, чтобы позвонить Вилле, было бы верхом абсурда.

Ванесса начинает жалеть о том, что согласилась на предложение Линнеи пойти к ней домой и одолжить одежду. Но не может же она прийти домой в одеяле.

Линнея открывает дверь лифта и выходит. Ванессе сразу бросается в глаза надпись на почтовом ящике: Л. Валлин.

– У тебя что, своя квартира? – спрашивает она.

– Да, – отвечает Линнея, как будто в этом нет ничего особенного, и отпирает дверь.

В коридоре Линнея скидывает ботинки, проходит в гостиную и зажигает маленькие лампы на полу. Их красные и розовые абажуры наполняют комнату мягким и теплым светом.

Это старая съемная квартира: две комнаты, линолеум на полу, белые обои в мелкий синий цветочек. Но стен почти не видно за картинами, афишами, вырванными из журналов страницами. В гостиной стоит большой диван, накрытый куском красного искусственного бархата, возле дивана – выкрашенный черной краской сундук, который одновременно служит журнальным столиком. На полу сидит большая фарфоровая пантера. Ее черное тело покрыто белой паутиной трещинок.

– Клевая, да? – говорит Линнея. – А какой-то дурак ее выкинул.

– Выкинул?

– Почти все мои вещи найдены на помойке.

Ванесса рассматривает картинки на стенах. Серия страшноватых фотографий животных в клоунских одеждах, картина маслом – на первый взгляд – идиллический ландшафт, потом понимаешь, что на дереве висит женщина в белом платье. Вот двое людей, улыбаясь, держат друг друга за руки, глаза у них совершенно белые. В целом картины Ванессе понравились, а вот афиши оставили совершенно равнодушной. Почти все группы – азиатские, Ванесса даже названий таких никогда не слышала.

Звонит мобильник. Линнея достает его из кармана, смотрит на экран и с гримасой откладывает телефон в сторону.

Взгляд Ванессы падает на черный большой деревянный крест, висящий на стене. Он весь покрыт маленькими металлическими кусочками серебристого цвета.

– Красиво, – говорит она, больше для того, чтобы хоть что-нибудь сказать.

Линнея останавливается рядом с Ванессой и проводит указательным пальцем по кресту. Ее ногти выкрашены ядовито-розовым лаком, который местами облупился.

– Элиас подарил. Он из Мексики. Видишь эти маленькие символы? Это все то, от чего крест защищает. Смотри, вот, например, сломанная нога. Заплаканные глаза. Больная лошадь.

Ванесса нервно смеется и делает вид, что смотрит, но чувствует только тепло тела стоящей рядом с ней Линнеи. Тут снова звонит телефон.

– Блин, – раздраженно фыркает Линнея.

Она идет к телефону и сбрасывает звонок.

– Кто тебе названивает? – спрашивает Ванесса.

– Да один парень. Никак не поймет, что пора прекратить.

Ванесса видит, как в глазах Линнеи мелькает нечто, похожее на… сочувствие? В животе холодеет, Ванесса отводит взгляд. Она вдруг понимает, кто звонит, но унижаться и спрашивать об этом напрямую она не станет.

– Понятно, – говорит она просто.

– Посмотри в моем шкафу, что тебе подойдет, – говорит Линнея, указывая на дверь спальни.

Жалюзи опущены, и Ванесса на ощупь пробирается по стене, пока не находит выключатель. Широкая неубранная кровать. На полу рядом с рабочим столом, заваленным тканями и коробочками с катушками и пуговицами, стоит швейная машина.