— Я не…

Но Лэйн уже протягивал ей одну из модифицированных винтовок 22 калибра.

— Подходите сюда. Посмотрим, какая из вас Оукли, Энни.

Она взяла ружье и осмотрела его — как редко кто из «кролей».

— Сколько здесь пуль?

— По десять в обойме, — ответил Фред.

— Если уж соглашусь, то можно будет взять две обоймы?

— Сколько хотите, мэм. Сегодня ваш день.

— Раньше мама еще и по тарелочкам стреляла, вместе с дедом, — сообщил Майк.

Энни подняла ружье и выпустила десять пуль, с паузами в секунду-другую между выстрелами. Она сбила двух уток и трех зайцев. Керамических цыплят трогать не стала.

— Вот это меткость! — воскликнул Фред. — Любой приз со средней полки по вашему желанию.

Она улыбнулась.

— Да какая же это меткость… Отец бы со стыда сгорел. Я лучше перезаряжусь, хорошо? Приз не нужен.

Фред достал из-под стойки бумажный кулек (на Языке он назывался «мелкострел») и вставил его узким концом в отверстие на ружье. Десять шариков с треском закатились внутрь.

— Прицел, случаем, не сбит? — спросила она Фреда.

— Что вы, мэм. В Джойленде все по-честному. Но если я скажу вам, что Папаша Аллен — человек, который обычно стоит за этой стойкой — долгими часами настраивает прицелы на винтовках, то солгу.

Я работал в команде Папаши, так что знал, что на самом деле Фред выразился еще весьма дипломатично. Прицелами винтовок Папаша стал бы заниматься в самую последнюю очередь. Чем лучше стреляли лохи, тем больше призов ему полагалось выдавать — а все призы он покупал за свой счет. Как и остальные хозяева призовых аттракционов. Игрушки, конечно, были дешевыми, но не бесплатными.

— Чуть выше и левее, — сказала Энни — скорее, себе, чем нам.

А потом подняла ружье, уперла в выемку на плече и десять раз спустила курок. На этот раз пауз между выстрелами вообще не было, и целилась она не в уток с зайцами. Она целилась в керамических цыплят, и разнесла вдребезги восемь из них.

Когда она положила ружье на стойку, Лэйн принялся вытирать банданой пот и грязь с загривка. А вытирая, едва слышно пробормотал:

— Иисусе-наш-Христос… Никто еще не выбивал восемь штук.

— По последней я только чиркнула, но с такого расстояния должна была брать все, — она не хвалилась — просто констатировала факт.

— Говорил же, она хорошо стреляет, — извиняющимся тоном сказал Майк. — Даже хотела попасть на Олимпиаду, только ее выгнали из колледжа.

— Вы самая настоящая Энни Оукли, — сказал Лэйн, убирая бандану в задний карман. — Любой приз, милая леди. Какой хотите.

— Я уже получила свой приз, — сказала она. — Это был чудесный, изумительный день. Я никогда не смогу отблагодарить вас за него, парни.

Она повернулась ко мне.

— Вас и его. Ведь ему пришлось меня уговаривать на всё это. Из-за моей глупости. — Она поцеловала Майка в макушку. — Но сейчас мне надо везти своего мальчика домой. А где Майло?

Мы огляделись по сторонам и обнаружили Майло напротив «Дома страха». Пес сидел, обернув лапами хвост.

— Майло, ко мне! — крикнула Энни.

Уши Майло шевельнулись, но сам он не сдвинулся с места. Даже не повернул голову в нашу сторону — так и сидел, уставившись на единственный темный аттракцион Джойленда. Я почти поверил в то, что он читает капающие, написанные в стиле ужастика буквы: ЗАХОДИ, КОЛЬ ОСМЕЛИШЬСЯ.

Пока Энни смотрела на Майло, я успел украдкой взглянуть на Майка.

Хоть он и выглядел уставшим, выражение на его лице прочитать не составило особого труда: удовлетворение. Знаю, безумно было бы думать, что он и джек-рассел спланировали это вместе… но именно так я и подумал.

И думаю до сих пор.

— Отвези меня к нему, мам, — попросил он. — Меня он послушает.

— Нет нужды, — сказал Лэйн. — Если у тебя есть поводок, я с удовольствием приведу Майло сюда.

— Он в кармане, на спинке кресла, — сказала Энни.

— Хм, может, и нет, — сказал Майк. — Проверить стоит, но я, кажется, забыл его дома.

Энни проверила, а я подумал: черта с два ты его забыл.

— Ох, Майк, — укоризненно произнесла Энни. — Твоя собака, ты и должен за нее отвечать. Сколько раз я тебе это говорила?

— Прости, мам, — ответил ей Майк, а Лэйну с Фредом добавил: — Просто мы редко пользуемся поводком: обычно Майло прибегает сам.

— Кроме тех случаев, когда он нам нужен. — Энни сложила руки рупором и прокричала: — Майло, ко мне! Пора домой!

И уже сладким голосом добавила:

— Печенюшка, Майло! Будешь печенюшку?

Этот голос и меня убедил бы бросить все и побежать — может даже с высунутым языком — но Майло все так же не шевелился.

— Пойдем, Дев, — сказал Майк. Словно я тоже участвовал в его плане, но каким-то образом позабыл об этом. Я взялся за рукояти кресла и покатил Майка по Джойленд-авеню к «Дому страха». Энни пошла следом. Фред и Лэйн остались на своих местах — Лэйн лишь оперся на стойку с ружьями. Котелок он снял и теперь вертел его на пальце.