— М-м-м. — Она уткнулась носом в его шею. — Звучит привлекательно.

— Ну а пока… — хитро улыбаясь, сказал он, расстегивая ее блузку.

— Да? — Она пододвинулась ближе, чтобы ему было удобнее.

— Может, мы начнем перевозить сюда твои вещи.

Марла кивнула:

— Только сначала надо решить, что из моей мебели впишется в твою обстановку.

Брент нежно провел языком по ее шее, и она больше не смогла говорить.

Его губы исследовали ее тело дюйм за дюймом, но страсть уже обуяла их обоих. Это была особенная ночь — ночь, когда Марла освободилась от призраков прошлого и стала принадлежать только Бренту и телом, и душой. Церемония бракосочетания была лишь формальностью. А пока они ласкали друг друга, сгорая от возбуждения, мечтая сохранить в памяти каждую мелочь, полностью насладиться каждым прикосновением и пронести их с собой через всю жизнь.

Когда оба они были обнажены, Брент взял ее на руки и отнес в спальню на кровать, на которой с этой ночи они будут спать вместе как муж и жена. Они любили друг друга с искренней нежностью, накопившейся за долгие дни их расставания, воспаряя к небесам от каждого движения.

— Я люблю тебя, — простонала Марла, когда он вошел в нее с такой силой, которая заставила ее позабыть обо всем.

Его тело отвечало ей, страсть их была безумной. Потом они еще долго лежали в объятиях друг друга, разгоряченные и абсолютно счастливые.

— И так будет всегда, — пообещал он.

— Я знаю, — ответила она. Уже засыпая, Марла чуть слышно прошептала: — Брент?

— Да?

— Насчет медового месяца.

— Что, любимая?

— Если ты не возьмешь толстый матрас, чтобы подложить его под спальный мешок, я никуда не поеду.

Он засмеялся:

— Что ж, брак полон маленьких компромиссов.

На его губах играла счастливая улыбка, и так, улыбаясь, он вскоре заснул.