Со стоном наслаждения она раскрылась ему навстречу, и он весь устремился в нее, внутрь, проникая все глубже, все дальше. До тех пор, пока уже не мог больше сдержать того содрогания, с которым живой огонь вырвался из его чресел. В ответ ее тело конвульсивно напряглось, и наслаждение, почти лишая разума, пронизало каждую клеточку ее тела…

Потом они лежали рядом, слегка касаясь друг друга разгоряченными телами. Кристофер понимал, что наслаждение было взаимным, и все же… Не поторопился ли он?

— Я не в силах был сдержаться, ты извини меня…

— Не извиняйся! — Она обвила руками его шею, запустила пальцы ему в волосы и прильнула к нему всем телом. — Можешь торопить меня, сколько тебе угодно — всю оставшуюся жизнь…