Когда бабушка допела свою песенку, ветер утих, и она плавно приземлилась прямо перед домиком Мортена.

— Добрый день, добрый день, бабушка! — закричал Мортен. — Как я рад тебя видеть!

— Здравствуй, мой дорогой малыш! — ответила бабушка. — Ты не поверишь: меня чуть не съели по дороге, — весело добавила она.

— Тьфу! Опять этот противный Лис, — расстроился Мортен.

— Ты прав, дорогой, — вздохнула бабушка. — Только это был не Лис. На этот раз меня хотел проглотить Петер-Ежик.

— Все равно — тьфу! — заупрямился Мортен. — Тьфу и на Лиса, и на Петера-Ежика, и на Сову вместе с ними! Обидно, что в нашем лесу творятся такие дела.

— Какие «такие дела»?

— Да вот такие, что мы поедаем друг друга.

— Ты прав, дорогой. Но ведь так было всегда: подкрадутся, ам! — и готово.

— Я никогда никого не ем, — возразил Мортен. — Мне бы и в голову не пришло съесть Петера-Ежика. Да он, наверно, и невкусный. А разве я мог бы съесть Миккеля! — продолжал Мортен.

— Нет, дорогой, конечно, не мог бы.

— Тогда почему же Лис должен съесть нас? — не унимался Мортен.

— Потому что он Лис, — объяснила бабушка. — И если можно, мой милый, поговорим о чем-нибудь другом, более интересном.

Ты ведь знаешь, что Мортен был очень послушным Лесным Мышонком, и он сразу же прекратил этот неприятный разговор. Он накрыл на стол, достал из шкафчика свою чудесную слойку и налил бабушке чашечку кофе, потому что больше всего на свете старая Лесная Мышь любила слойки с изюмом и кофе.

— Прекрасный кофе, — похвалила она, — настоящий бобовый кофе. А какая вкусная слойка! Ты сам ее пек, милый?

— Что ты, бабушка! Я выменял ее на орехи у Зайки-пекаря. Хочешь еще кусочек?

— Спасибо, дружок, я уже сыта.

— Но ведь осталось еще четыре кусочка!

— А ты припрячь их для своего лучшего друга Лазающего Мышонка, — предложила бабушка.

— Ты думаешь, стоит? — засомневался Мортен.

— Я в этом уверена, дорогой. Он так обрадуется.

— Да, он-то обрадуется, — согласился Мортен.

И Мортен положил оставшиеся четыре кусочка слойки снова в шкафчик, чтобы сохранить их для Лазающего Мышонка.

Вечером, когда Мортен проводил бабушку, он вернулся к себе домой и глубоко задумался. Разговор с бабушкой никак не выходил у него из головы. Он достал ручку, чернила и бумагу и уселся за стол — ему хотелось кое-что написать. Он долго сидел, думал и писал, и снова думал, и опять писал. Поздно вечером в гости к Мортену заскочил Лазающий Мышонок и очень удивился:

— Ты что, стихи сочиняешь?

— Нет, — серьезно ответил Мортен, — я пишу жалобу папаше Бамсе. Нужно что-то предпринять.

— Я с тобой согласен, предпринять нужно обязательно, — так же серьезно ответил Лазающий Мышонок, хотя ровным счетом ничего не понял.

— Худо стало в нашем лесу, — продолжал Мортен, — идешь к пекарю, а тебя по дороге, того и гляди, кто-нибудь да и слопает.

— Нужно к этому относиться с юмором. (Лазающий Мышонок никогда не унывал.)

— Это невозможно, — возмутился Мортен. — Подумать только, сегодня Петер-Ежик чуть не съел мою бабушку!

— Твою бабушку?! — изумился Лазающий Мышонок.

— Вот именно — мою бабушку.

— Так, значит, она сегодня была у тебя?

— Была, — хмуро подтвердил Мортен.

— И вы ели слойку с изюмом? — не унимался Лазающий Мышонок.

— Да, ели.

— И вы съели ее всю до последней крошки?

— Нет, — успокоил его Мортен, — не всю. Осталось еще четыре кусочка. Но бабушка сказала, что я должен припрятать их для тебя.

— Она в самом деле так сказала?! — закричал Лазающий Мышонок.

— В самом деле, — вздохнул Мортен.

— Твоя бабушка… твоя бабушка… — Лазающий Мышонок просто задыхался от восторга, — она самая умная Лесная Мышь во всем нашем лесу!

Мортен достал из шкафчика слойку, фруктовый сок и накрыл на стол.

— Садись, пожалуйста, — пригласил он.

— Твоя бабушка сказала, что я должен съесть все эти кусочки, все четыре? — с надеждой спросил Лазающий Мышонок.