– Спроси об этом себя! – огрызался Карлов. – Ты не оправдываешь моих надежд. Ты не сделала меня счастливым. Скажи спасибо, что я пока терплю тебя в своем доме.

– Что? Я ухожу! – прокричала Света и ринулась к двери.

Влад дернулся за ней и больно схватил ее за руку. Света всхлипнула и вырвалась, оттолкнув его. Влад отступил. Она стащила с вешалки сумку и громко хлопнула дверью.

А через несколько часов она вернулась. Ей некуда пойти. Ехать к родителям уже поздно. Ночевать у подруги она не рискнула, опасаясь новых подозрений и грандиозных скандалов.

Карлов пустил ее, не проронив ни единого слова. Иногда он вообще не раскрывал рта, замыкаясь в себе. С одной стороны Света не слышала брани и оскорблений в свой адрес, с другой – становилось жутко и тошно. Света металась в догадках, о чем он думает, что ему взбредет в воспаленный мозг? Карлов не отвечал и молчал, лежа в кровати и уставившись в потолок. Воздух разряжался от напряжения, готовясь ударить током. И вокруг тишина. Именно тогда Света возненавидела эту мертвую тишину, укравшую у нее последнюю надежду на счастье.

Миновали, дни, недели, но семейные разборки не прекращались. Предприимчивый Карлов придумывал бесконечные поводы для скандалов. Фантазии у него хватало. С каждым разом они выглядели нелепее и абсурднее. Он же верил в них, как в истину последней инстанции. Света трудом могла его переубедить. Сначала у нее это кое-как получалось, затем силы иссякли. Обезумевший Карлов стоял на своем, придумывая очередные бредовые доказательства ее вины, ее тайной измены.

– Ты встречаешься с кем-то! – утверждал он. – Я догадываюсь!

– С чего ты взял? – вопрошала Светлана.

– Просто, как дважды два! – злобно усмехался Карлов. – Ты стала слишком броско одеваться. Это твое глубокое декольте, вульгарные бусики, пошлые чулки, яркая косметика. Ты красишься часами у зеркала. И эта вызывающая помада! Для кого ты прихорашиваешься?

– Я всегда так одевалась и выглядела, – сопротивлялась Светлана, – я же общаюсь с людьми. Не ходить же мне по улицам в парандже и халате!

– Тебе постоянно кто-то звонит! Ты не берешь при мне трубку!

– Не понимаю, о чем ты!

– А ночью ты с кем-то переписываешься! Я слышал вибрацию твоего телефона. Думаешь, если ты отключила звук, я ничего не услышу? К тебе приходят смс, и ты сразу же их стираешь.

– Ты копался в моем телефоне? – вспыхивала Светлана. – Как тебе не стыдно? Я же не проверяю твой!

– Мне нужно было убедиться!

– И ты убедился?

– Да!

– В чем? Телефон пуст!

– Ты что-то скрываешь! – настаивал Карлов. – Иначе не волновалась бы так яростно.

– По-моему, как раз яростно волнуешься именно ты!

– Есть чему!

– У тебя крыша поехала! – восклицала с негодованием Света. – Обратись к психиатру!

Карлова невозможно пробить.

– Я смотрел твою записную книжку. Кто такие Пигудев, Славик Волков, Андрей Сайков и какой-то там Павел? Ты за дурака меня держишь? Учти, я выведу вас на чистую воду.

– Влад, это всего лишь коллеги, – крутила пальцем у виска Света. – Ты же с некоторыми сам знаком.

– Им нельзя доверять. Они похотливые кобели и холостяки.

– Я этим не интересовалась, – говорила Туманова. Когда же он оставит ее в покое? Терпение на пределе. Чаша переполнится, и она правда что-нибудь натворит!

– Кто из них пристает к тебе? – спрашивал Карлов. Он любую муху выдавал за слона. И принимал желаемое за действительное.

– Никто! Это же смешно.

– Но как они могут не обращать внимания на мою красавицу-жену? Для кого все наряды? Для кого дорогие духи, которые, кстати, я тебе подарил.

– Вспомни, когда последний раз ты мне что-то дарил, – восклицала Света.

Это был не пустой упрек. Карлов позабыл, что значит дарить подарки и даже цветы. Он не обращался к ней, кроме ревнивых нападок с бесконечными расспросами, превращавшимися в настоящую пытку. Одержимый ревностью, он не чувствовал грани между призраками греха и реальностью, и слепо тараторил одно и тоже. Влад словно заключил сделку с дьяволом и проиграл. Дьявол продал чертям его душу.

– Я начинаю жалеть, что связался с тобой, – сетовал Карлов. – Предупреждали меня друзья – не спеши, Владик, не расставайся с холостяцкой жизнью, жена из тебя все соки выжмет и обведет вокруг пальца. Ты еще пожалеешь и помянешь наши слова, а я не верил. Зря! Так и вышло. Ты меня обманула, Светка! Ты уже не испытываешь ко мне ни любви, не желания. Ты стала мне чужой. Но что я делаю не так?