Он обогнул небольшой овражек, на треть заполненный Студнем, и остановился у разлапистой ели, дожидаясь, когда над ними пройдёт очередной поисковый вертолёт. Лаванда топала за ним, словно заведённая, и что-то увлечённо рассказывала про удивительное поведение синусоидальных графиков в компьютерной программе, которую она лично написала для мониторинга биохимических процессов в нижних третях щупальцев Осьминога Вани. Несколько раз Берёзов замечал шевеление в кустах поодаль, а дважды отчётливо разглядел замерших среди покрытой жёлтыми потёками растительности изуродованных мутациями волков, но нападений не последовало. Всякий раз зверьё не шевелилось, и лишённые зрачков жёлтые глаза мутантов, не обращая внимания на людей, пристально провожали багровую каплю «Янтаря».

У лаборатории их уже ждали. Едва Берёзов с Лавандой вышли к опушке, как Иван услышал короткий глухой хруст, и бессознательное тело Рентгена на его плечах слегка дрогнуло. Похоже, работали из ВСС. [5]

— Ложись! — крикнул он Лаванде, падая в синюшную полынь. — Снайперы!

Капитан торопливо сбросил с себя контрразведчика и распластал его в зарослях. Пуля попала Рентгену в спину, ударила в ребро, похоже, расколола его и прошла дальше в лёгкое. Дело дрянь. До лаборатории двести метров, полторы сотни занято синевато-жёлтой полынью, а дальше полста метров — как на ладони. Не добежать и не доползти. Да и не подвигаешься тут особо — всё заросло Бритвенной Удушайкой…

— Ваня, — раздался из полыни дрожащий голос Лаванды. — Мне больно, — она тихо всхлипнула, — я «Янтарь» не могу поднять…

Берёзов осторожно развернулся и пополз к ней. Снайперы немедленно отреагировали на шевеление полыни — несколько пуль с тихим треском разорвали воздух над головой, совсем рядом осыпалась срезанная трава. Пришлось двигаться ещё медленнее. Лаванду он нашёл на прежнем месте. Девушка лежала на боку, пытаясь дотянуться до зависшего неподалёку «Янтаря». Камуфляж на её предплечье был разорван и густо пропитан кровью. «Понятно. Снайперы отработали через оптику по тому, что видели. А видели они только Рентгена и те части тела Лаванды, что не закрывало „Янтарём“». Он торопливо ощупал ноги девушки и нашёл ещё одно ранение: пуля серьёзно разбила ей голень. Дальше идти она не сможет, а дотащить до Лизуна обоих под огнём невозможно. Остаётся только одно — попытаться оттащить их поглубже в ельник и дождаться темноты. Может, ночью получится пробраться… Да только кто ж позволит ему досидеть до ночи. Через полчаса прибудет Спецотряд, и начнётся зачистка леса. Даже если в его случае ОСОП и не пришлют, в Службе Безопасности достаточно сотрудников.

— Всё будет хорошо. — Он смахнул катящуюся по щеке Маши слезинку и ласково погладил девушку по голове. — Это царапины, сейчас я их перевяжу, и тебе станет легче.

Капитан достал из подсумка индивидуальный перевязочный пакет и разорвал упаковку.

— И мы вернёмся в Эпицентр, правда? — с надеждой посмотрела на него Лаванда.

— Обязательно, — заверил её Иван, торопливо накладывая повязку на простреленную руку. — Просто сначала нам надо немного отдохнуть. Шли долго, и Рентген тяжёлый. Передохнём немного и пойдём, хорошо?

— Хорошо, — слабо улыбнулась она. — А можно я пока подержу «Янтарь»? Вдруг он потеряется?

— Можно, конечно, — согласился Берёзов, затягивая бинт. — Сейчас принесу.

Он подполз к висящей в десяти сантиметрах над землёй багровой капле и попытался столкнуть её с места. Та поддалась неожиданно легко и невесомо поплыла сквозь сине-жёлтую полынь. Снайперы вновь отреагировали на движение, и вокруг опять засвистели пули. Срезанные стебли и оборванные клочья листьев падали совсем близко, несколько раз пули выгрызали из земли фонтанчики в каких-то сантиметрах перед Иваном, но по «Янтарю» так и не прошло ни одного попадания. Похоже, Рентген был прав, и аварийный маяк Девятимерных отклонял траекторию полёта пули. Там, у лаборатории, на снайперских позициях лежали далеко не новички, и просто так мазать на смешной дистанции в две сотни метров они не могли.

Иван дотолкал багровую каплю «Янтаря» до Лаванды и оставил её между лежащей девушкой и направлением на лабораторию — пусть закрывает её от пуль. Он скользнул по Лаванде взглядом. На свежей повязке уже проступила кровь. Поражённая пулей голень почти не кровоточила, но обманываться не стоило — кровоточить там нечему, пуля попала в кость по касательной, это гарантированный перелом, и хорошо ещё, что не открытый. Ей нужно наложить шину и повозится с рукой, скорее всего, там пуля тоже задела кость и костные осколки или осколки самой пули не дают остановить кровотечение. Видимо, потребуется жгут, но сначала необходимо оттащить в лес Рентгена и оказать ему хоть какую-то помощь, иначе долго не протянет, он совсем плох.

— Ты последи пока за «Янтарём», — ласково сказал Лаванде Берёзов, — я перенесу Рентгена в лес, ему нехорошо. А потом вернусь за тобой. Последишь?

— Послежу, — серьёзно ответила она. — Только ты не долго, хорошо? Мы же хотели вместе вернуться, ты помнишь?

— Конечно помню, — успокоил её Иван, проверяя, сколько у него осталось гранат и магазинов к автомату. — Обязательно вернёмся, и только вместе. Я быстро, минут пятнадцать. — Он улыбнулся и осторожно коснулся пальцем кончика её носа: — Смотри, никуда не уходи без меня!

— Я дождусь, — с трудом улыбнулась девушка и, упёршись в землю уцелевшей рукой, подползла к «Янтарю» и прислонилась к нему спиной. Багровая капля не шелохнулась. — Иди, — сказала она Берёзову, — ему больнее, чем мне, я чувствую…

Иван пополз к Рентгену. Пули вонзались в землю совсем близко, и несколько раз ему приходилось замирать, чтобы не позволить снайперам пристреляться по шевелящимся верхушкам синюшной полыни. «Винторезы» работают бесшумно, но и так было ясно, что снайперов не меньше десятка, и расположены они не только на крыше ЛП-32. По крайней мере по одной паре заняло позиции слева и справа от лаборатории, скорее всего, их в спешке высадили прямо с вертолётов на более-менее чистый кусок земли, и маневрировать они не могут. А раз начальство предприняло такой широкий снайперский охват, значит, готовится штурм. Иначе опушку давно уже накрыли бы из АГС или просто сбрили НАРами. Вряд ли лично он нужен кому-то живым, скорее, Белов желает заполучить труп Рентгена в узнаваемом виде, чтобы для видимости отчитаться перед контрразведкой, или ещё что…