— Ничего себе, — выдохнул воздух в сторону окна. Соломон сидел на подоконнике и, решив, что я дую в его сторону, сразу обиделся, разорался и убежал в коридор метить обувь. — Я думал ты мне хоть какой-то свет прольёшь на паранормальные явления, а ты ещё большую сумятицу в мои рассуждения внёс. К зелёным инопланетянам, летающим тарелкам, тауросоподобным пришельцам, нетрадиционным целителям и астральным бойцам добавились мозги-заговорщики, части единого вселенского разума-заговорщика. Ничего себе…

Очередные порции «безалкогольной» водки были мгновенно уничтожены вслед за моей репликой. Водка не цепляла.

— Вот поэтому-то я пью, а не рассуждаю, что да почему, — Даниловича, по-видимому, тоже «не цепляло». — Вот ты спрашиваешь, почему зелёные от меня так легко отстали? Да потому что понять меня не могли. Я пару раз на сеанс «под шафе» заявился, они в шоковое состояние впали от глубины моих вопросов. В конце концов, у нас полное взаимонепонимание произошло. А виновата во всём, — хозяин квартиры разлил по рюмкам остатки содержимого первой бутылки, — вот, она родимая. С пьяного какой спрос?

— Ну, это слишком простой способ, — задумался я. — В моём случае вряд ли поможет. Я когда напиваюсь, в режиме сновидения плохо ориентируюсь. Ты своих зелёных никогда визуально не наблюдал, а мои «тауросовые» являются вполне осязаемо. По трезвому чудом спасся, а что натворю в пьяном виде, даже представить страшно. Контроля-то никакого.

— А может быть наоборот?

— Что наоборот?

— Твоя картинка будет пьяной. Но ведь и те, кто в этой картинке присутствуют, вынуждены будут приспосабливаться именно к такой вот «пьяной» действительности. И кому там легче сориентироваться, заранее не известно. Не факт, что гостям.

— Значит, ты считаешь, что все те, кто присутствуют в моём сновидении, приспосабливаются к моему мироощущению?

— А к чьему же ещё, если это твоё сновидение?

— Я всегда считал, что «зазеркалье» для всех общее. С едиными законами и определёнными правилами. Даже «тауросовые» на это не двусмысленно намекали.

— И у каждого нового сна единые законы и определённые правила?

Почесал ухо. С детства прицепилась дурацкая привычка, в минуты задумчивости теребить уши. Родители даже по рукам били, всё без толку. Действительно, загадка. Я раньше не считал нужным на этом обстоятельстве внимание заострять. Картинка-то в каждом сне произвольная и, никаким образом, не зависящая от предыдущего сна. Можно, конечно, добиться попадания в нужное место или продолжения сновидения, но ведь это я сам для себя создаю ландшафт. Другие попадают уже в этот выстроенный ландшафт. А если мастер пьян и подмостки кривые?

— Значит, когда у меня земля из-под ног уходит, у пришельцев тоже всё вокруг качается?

— Давай ещё раз вернёмся к моей версии понимания проблемы, — Талолай Данилович убрал со столика пустую бутылку. — Наши сны — это работа нашего же мозга. Неважно, неуправляемые сны или путешествия в режиме сновидения. Всё, что мы там видим, это тоже работа мозга. Следовательно, пришельцы, зелёные, синие, красные или носороги на курьих ножках — всё работа мозга. А если алкоголь мешает этой работе, значит, он мешает и всем вышеперечисленным.

— То есть, в отличие от реальной жизни, где в случае опьянения шатаюсь я сам (хотя, кажется, что шатается как раз окружающая действительность), а тротуары, дома и деревья стоят ровно, гордо и уверенно, во сне вынуждены шататься все, кого там угораздило оказаться?

— Великолепный тост! — парапсихолог на этот раз очень даже лихо опрокинул рюмку и достал из-за кресла старенькую, треснувшую и видавшую виды семиструнную гитару. — Знаю, что ты песни моего любимого Высоцкого не поёшь, исполни, пожалуйста, «Поручика Голицына». А я пока из холодильника «свежую» водочку достану.

Сказать, что гитара была расстроенной, ничего не сказать. Эту семиструнку я уже раньше перестраивал на шестиструнку, отгибая за гриф лишнюю струну. Вилку под гриф тоже я подпихивал. Исконно русский вариант обращения с музыкальным инструментом.

— Нет, Данилович, на такой гитаре играть не смогу. Это не гитара, а дрова.

— Раньше же играл!

— Как я на ней играл, если даже с вилкой расстояние от ладов до струн в палец толщиной?!

— А вот бард местный ко мне в гости наведывался, он играл и пел. Значит ты не настоящий бард. Настоящий артист даже под аккомпанемент полена споёт.

— Ты мне лапшу к заговоренным зубам не прикладывай, — отложил расстроенный инструмент в сторону. — Ко мне в любой момент гости могут нагрянуть, а ты, вместо толкового плана действий, предлагаешь мозг алкоголем обмануть.

— А ты его уже и так обманул, — экстрасенс хитро улыбнулся и принялся нарезать соленые огурчики. — Попробуй заготовки домашние.

— Скажи, Данилович, — проигнорировал я предложение отведать закуску. — Тебе, вообще, часто нормальные люди встречаются? Ну, чтобы без наших прибамбахов? Сеющие хлеб, строящие дома, работающие на фабриках, в футбол играющие, на худой конец. Без трансцендентных завихрений, общений с полтергейстами и полетов на тарелках и коврах-самолётах. Я сегодня в Гор-саду с Миклухой обедал, и вдруг ощутил странную тоску по контактам с обычными приземлёнными людьми. А ты не ощущаешь подобную тягу к земному?