«Нет, не было», – и она стиснула зубы, когда вспомнила о своей уверенности в том, что манти отступят. Даже они должны понимать, что решение помериться силой с Солнечной Лигой – всего лишь изощрённый способ самоубийства. Очевидно, они ещё большие глупцы, чем она считала, и даже сейчас ею владело мрачное, мстительное удовлетворение от мысли, чего это будет стоить им в итоге: «Настанет день и они заплатят – заплатят сполна! – за всё, что они сделали, за все свои интриги и паутину обмана».

«Но сегодня не тот самый «день». Сегодня Манти сидят там, на орбите, и даже не пытаются выйти на связь ни с ней ни даже с этим идиотом – Ломброзо. Они просто сидят там, предоставив ей сидеть здесь и проклинать судьбу, но с ней это не сработает. В заднице видела она все их расчёты. Если они рассчитывают, что она обмочится от страха и…»

– Извините, мэм.

– Что? – рявкнула она, рывком разворачиваясь лицом к осмелившемуся сунуться в её кабинет местному технику-связисту.

– Мэм, там по комму кто-то спрашивает Вас, – нервно произнёс техник Президентской Гвардии, на его лбу блестери бисеринки пота. – Он сказал, что его имя Терехов. Коммодор Терехов.

– А, он так сказал?

Юкель почувствовала как её губы сжимаются в гневе. Тот самый сукин сын Терехов, что разнёс систему Моники и начал весь этот долбанный кошмар. И как она сразу не догадалась!

Мёбиусеанец, уставясь на неё, продолжал стоять у дверей, очевидно не уверенный в том, должен ли он ответить или нет и страшась сделать неправильный выбор. Юкель испытывала острое желание оторвать ему голову, но вместо этого заставила себя сделать глубокий вдох.

– Хорошо. Переключите вызов на этот офис.

– Да, мэм!

Техник исчез словно дым, и генерал повернулась к огромному рабочему столу как раз в тот момент, когда засветился дисплей и на нём возникло лицо свтловолосого, голубоглазого офицера в чёрной с золотым форме Королевского Флота Мантикоры.

– Чего? – агрессивно буркнула она.

– Я полагаю, что имею сомнительная честь обращаться к бригадному генералу Юкель? – Презрение в голосе Терехова кнутом хлестнуло её.

– Я – Юкель, – подтвердила она бескомпромиссно грубым тоном. – Какого хрена тебе надо?

– Я посчитал – как бы мне не была отвратительна сама эта идея – что должен предложить Вам возможность покинуть эту планету живой, – выражение лица Терехова было непроницаемым, в голосе звучал лёд. – Лично я предпочёл бы убить вас на месте. У меня была возможность в деталях рассмотреть плоды ваших трудов. Однако, поскольку мы все здесь цивилизованные люди, я решил сначала изложить вам мои условия.

– Твои условия? – издевательски воскликнула она. – Да кем ты вообще себя возомнил? Ты вломился в эту систему, напал военные корабли, а теперь тебе ещё хватает наглости выдвигать мне условия? Да иди ты на хер! Коммодор Терехов, одного из нас пригласило сюда законно учреждённое правительство этой звездной системы, и совершенно определённо – не тебя.

– Законно учреждённое правительство, которое уничтожило – вернее, позволило Вам уничтожить – полмиллиона своих граждан орбитальной бомбардировкой? Вы это называете – законно учреждённым правительством?

– Какого чёрта, Вас абсолютно не касается, как суверенная звёздная нация борется с мятежом уголовников, – резко заявила она. – Так же Вас абсолютно не касается, что именно делает Солларианская Жандармерия по просьбе этой суверенной звёздной нации! Так что забирайте свои корабли и проваливайте из этой системы.

– Этого не будет, – холодное спокойствие Терехова резко контрастировало с её кипящей яростью. – Попытаюсь выразить это в терминах, которые даже Вы сможете понять – бригадный генерал, Вам конец. Мне всё равно, если нам придётся пристрелить каждого жандарма на этой планете, и уж тем более мне плевать, если нам придётся пристрелить Вас. Но я бы предпочёл избежать причинения любого дополнительного ущерба планете. Итак, вот мои условия. Вы складываете своё оружие, выводите из Лэндинга Ваш персонал в точку указанную мной и остаётесь там до тех пор, пока морские пехотинцы не возьмут вас под стражу.

– И что там дальше, в этой Вашей фантазии? – спросила она. – Вы расстреляете нас на месте?

– Признаюсь, в этой мысли есть нечто привлекательное, – ответил он. – Но нет. Мы возьмём вас под стражу и будем удерживать до тех пор, пока не устроим надлежащий суд для рассмотрения действий Вашего персонала на этой планете. Всех вас ждёт справедливый суд, и виновные понесут соизмеримое преступлениям наказание.

– Вы совсем выжили из ума, – неожиданно успокоилась Юкель. – Неужели вы рассчитываете, что вам сойдёт с рук осуждение и расстрел солларианских жандармов?

– Вообще-то я больше склоняюсь к повешению, поскольку это кажется Ваша любимая форма казни, но мы, скорее всего, оставим это на усмотрение граждан Мёбиуса, – сказал он ей, и она презрительно рассмеялась в ответ.

– И что, как Вы думаете, произойдёт с вашей маленькой несчастной Звёздной Империей, когда об этом узнает Лига? – поинтересовалась она.

– Я пересеку этот мост, когда дойду до него, – спокойно ответил он. – Не то чтобы это особо беспокоило меня в ближайшей перспективе.