«Чувствуйте себя как среди самых близких людей», — и я почувствовала вскоре, что все эти люди, приехавшие сюда в эту пасхальную ночь, действительно являются близкими мне людьми, с которыми связывают меня самые глубокие, еще не совсем понятные мне нити. Прежде чем начать богослужение, батюшка послал меня убедиться в том, что пение не слыш­но на улице. Началась пасхальная заутреня и маленький до­мик превратился в светлый храм, в котором всех соединяло одно, ни с чем несравнимое чувство — радость Воскресения! Крестный ход совершался внутри дома, в сенях и коридоре.

— «Здесь катакомбы, — говорил о.Серафим, — я здесь не потому, что желаю кому-нибудь делать зло или хочу с кем-то бороться. Я здесь только для того, чтобы сохранить чистоту православия». ...Батюшка говорил, что война эта не случайно началась в день всех русских святых и значение ее в истории России будет очень велико! — Через два часа, после начала таинства, к дому подъехал грузовик НКВД, я успела выпрыг­нуть из окна и скрыться во мгле. Оттуда я видела, что проис­ходило дальше. Под руководством человека похожего на ев­рея, из дома вынесли все иконы, сложили кучу и зажгли кос­тёр. Потом всех, кто не убежал, толкали в костёр, люди дико орали от страшных ожогов. Потом, человек похожий на ев­рея, ударил лопатой о. Серафима, после чего бросили в кос­тёр. Я не могла больше смотреть на этот АД и убежала в сто­рону станции Марфино. Несмотря на дикие вопли, ни в од­ном соседнем доме не загорелись окна, и никто не вышел!..............................................................................

6 ноября в Москве состоятся арест о.Иеракса (Бочарова). Он был пострижеником Троице-Сергиевой Лавры, духов­ным чадом известного московского чудотворца старца схиархимандрита Зосимы, в Лавре исполнял послушание реген­та. Отец Иеракс после закрытия Лавры до 1932 года служил в церкви Кира и Иоанна на Солянке (Сербское подворье). С 1932 года после закрытия храма жил на нелегальном поло­жении у своей духовной дочери Нины Владимировны Трапани у станции Лосиноостровская под Москвой. Наконец его выследили. Дело прошло очень тщательную и долгую аген­турную подготовку. В круг знакомых о. Иеракса, была вне­дрена женщина, которую вывезли из Ленинграда, и где у неё осталось двое детей. Женщине пригрозили, что если она не внедритца в секту ЦЕРКОВНИКОВ, то её детей отдадут на съедение Ленинградским каннибалам. Полученные сведения она передавала в органы госбезопасности. И вот, наконец о. Иеракса арестовали, а саму Ленинградскую женщину убили при аресте. Под пытками, Иеромонах Иеракс признал себя виновным и, что интересно, его ответы на предъявленное об­винение являлся слово в слово точным повторением обвине­ния в формулировке следователя. Воистину следователь не перегружал себя необходимостью разнообразить протокол, где ответы были написаны им самим. Вместе с иеромонахом Иераксом была арестована его духовная дочь Нина Владими­ровна Трапани, которую избивали и насиловали 13 дней подрят. В обвинение указывалось, что она была "активной уча­стницей антисоветского подполья церковников, не признаёт легально существующую церковь, в связи с тем, что легаль­ная церковь заняла в Отечественной войне патриотическую позицию". Это были особенности новой фазы отношений ме­жду властью и церковью. Усугубление раскола и искусствен­ное противопоставление легальной церкви и тайных цер­ковных групп — признак изменившейся ситуации. Она об­винялась за укрывание «крупного нелегала иеросхимонаха Иеракса. Обвинение также было предъявлено и Ксении Ива­новне Гришановой, "укрывавшей крупного нелегала архиман­дрита Серафима". При аресте 6 ноября 1943 года, сотрудники органов безопасности обнаружили в подполе дома гроб с те­лом умершего в 1942 году архимандрита Серафима (Битюкова). В деле сохранились фотографии рослых молодых и жиз­нерадостных чекистов с папиросками во рту, весело вытас­кивающих гроб с телом архимандрита из деревянного дома. Ксения призналась в том, что 10 лет укрывала у себя архи­мандрита Серафима.

Ещё один неоднозначный факт против «ОБНОВЛЕН­ЦЕВ», это пляска под дудку пропаганды СТАЛИНА — Ильи ЭРиНБУРГА! У меня на даче висят часы, из редакции газеты «ПРАВДА» с чекухой — 1936год. Когда я их вешал, как ра­ритет на фасад дачи, то за задней стенкой обнаружил пачку машинописных рукописей для речей «ОБНОВЛЕНЦЕВ», ис­правленных и за подписью ОРИНБУРГА. Если Гебельс, был гением ПИАРА, то Эринбург лишь умелым компелятором идей СТАЛИНА-РОКФЕЛЕРА, в модной журналисткой об­работке. Если его статьи, для Американских газет, и пред­ставляли какой либо формат, то заготовки для церковников, даже наоборот, служили против Сталина, формируя потен­циальных сторонников Каминского из числа прогрессивной молодёжи:

«...Вместо храмов в несть Христа им хочется воздви­гать алтари более близким им по духу древним языческим национальным героям Зигфриду и Вотану. Они... не хотят уже больше верить во Христа, что хотят быть «христами» сами. Это уже самообожествление нацистов, нечто вроде древних римских цезарей. Отсюда идет прямая доро­га к тому, чтобы венчать Гитлера в заместители Христу, чтобы объявить его «сверхчеловеком» Ницше.

«...Вместо Христа — фюрер! Вместо креста — языче­ская свастика; вместо вечной книги жизни Библии — фаши­стская книжонка «Моя борьба»; вместо воскресенья — ве­чер субботы; вместо священников -лектораы; вместо кре­щения и причащения, покаяния, венчания — произнесение фашистской клятвы с прикосновением правой руки к мечу и т.п. С такими новыми обрядами фашисты и вознамерились создать в Германии новую национальную церковь, которая должна, по их замыслам, служить только одной доктрине: «Народ и раса»...Германский же фашизм хочет насильно, пу­тем террора, навязать миру языческое богопочитание, нра­воучение, обряды и нацистскую идеологию...»

Особенно меня посмешила телега про генерала Людендорфа:

«...Глубоко ошибаются те, кто думает, что тепереш­ний враг не касается наших святынь и ничьей веры не тро­гает. Известный немецкий полководец Людендорф, посы­лавший своих солдат на смерть сотнями тысяч, с летами пришел к убеждению, что для завоевателя христианст­во не годится. Оно своим учением о любви ко врагам, неиз­бежно расслабляет животную жестокость, которую Лю­дендорф признавал в человеке за естественное качество. По убеждению этого зоологического генерала, для борьбы за су­ществование жестокость необходима, прежде всего, только она и побеждает. Поэтому генерал призывает своих герман­цев бросить Христа и кланяться лучше древне-германскому идолу — Вотану, которому он со своей супругой, устраи­вал поклонение. Не подумайте, что Людендорф от самомне­ния и гордости, под старость сошел с ума и начал чудить. Нет, это безумие распространено среди фашистов и они даже стремится заразить другие народы, попадающие под германское влияние или владычество. В свое время германцы в Латвии организовали общину язычников, поклоняющихся древне-латышским идолам. Ученый проповедник этой новой, совсем неученой религии... Соблазнил даже одного православ­ного священника(намёк на Воскресенского). Тот долго коле­бался, не рискнуть ли ему своим будущим, променяв право­славный приход на языческую общину. И, кажется, рискнул и теперь ушел от нас...

29 апреля 1944 года, лидера Псковской Миссии — Ми­трополита Сергия Воскресенского ждали в Ковно(Вильнюс), владыка задерживался. Представитель русского населения в Литве А. Ставровский выехал ему навстречу в район, где ору­довали партизаны. Там он обнаружил автомобиль Экзарха с четырьмя расстрелянными людьми: это были сам митропо­лит Сергий, его шофер из советских военнопленных — Ге­рой Советского Союза майор Кулаков (которого он спас из концлагеря), и протодиакон Иннокентий Ридикюльцев с суп­ругой. Недалеко от машины нашли убитую девушку и ребён­ка — случайных свидетелей преступления. В последствие выяснилось, что убийцами Сергия были сотрудники НКВД переодетые в немецкую форму. Псковская Миссия просуще­ствовала до апреля 1944 г., открыв около 400 храмов, в кото­рых служили примерно 274 священников. Многим из них, ос­тавшимся в СССР, пришлось за это заплатить лагерями, а то и жизнью...

В заключение лектор примерно сказал так:

— Существуют разные мифы и сказки, что особый отдел Вермахта содействовал именно Псковскойй Миссии! Даже только по чисто военным и Геополитическим мотивам, а ещё по каким-то другим соображениям. Было бы здорова, еслиб в течение нашей экспедиции, вы более тесно общались с мест­ным населением — о разном фольклоре, о колдунах ведьмах или типо того. А в конце экспидиции, каждый может сделать, какой-нибудь доклад, если обнаружит, что-либо необычное и заслуживающие нашего внимания!: — из аудитории посыпа­лись смешки: