Этан рассказал ему о смерти в Наваррском доме и попросил его проинформировать Люка. Я также стояла, в то время как он, за закрытыми дверьми, общался с Лейси, без сомнения, чтобы заставить ее, молчать об увиденном и сообщить ей, что у меня нет интрижки.

Я не могла себе представить, что он сказал ей о Красной гвардии, но я мудро решила не спрашивать.

Дом Наварры находился на Золотом Побережье, к северу от Гайд-парка рядом с озером, и я все еще была, по умолчанию, водителем.

Мы ехали в полной тишине. Этан не сказал ни слова, слишком сердитый на меня, чтобы говорить. И я не был собенно заинтересованной в общении с ним. Я решила подставить свою задницу ради обеспечения безопасности Кадогана от ГС. На моем месте, он бы сделал то же самое.

И вы знаете, что? Если бы я была типом девушки, которая бросила обязательства, потому что мой друг приказал мне сделать это, Этан никогда не заинтересовался бы во мне..

Так что я сосредоточилась на вождении и попыталась успокоить ярость. Когда мы подъехали к дому Наварры, внушительному белому особняку с башней в одном углу, я припарковалась на первое открытое место, что смогла найти.

Этан посмотрел на меня искоса. — Я предполагаю, если Джонах призвал тебя, Скотт знает об убийствах.

Скотт Грей был мастером Дома Грей, третий из трех Чикагских Домов вампиров.

— Я тоже так думаю. Я уверена, что известие первый передал Ной.

— Он знает о КГ?

— Нет Просто Джонаха. И меня. И теперь тебя.

— Так вот почему Джонах призвал тебя?

— Я сомневаюсь в этом. Он знает, что мы вели расследование смерти бродяг.

— Этан, — сказала я, не зная, как начать, но зная, что нам необходимо поговорить. Но он поднял руку. Он не хотел больше ничего слышать от меня, не прямо сейчас.

— Давай просто пройдем через эту встречу, — сказал он.

Этан и я шли бок о бок по тротуару. Язык его тела был ясен — мы вместе работаем.

Не больше, не меньше, по крайней мере, пока между нами не состоится хороший разговор.

Но сейчас для этого разговора не было времени.

Мы вошли внутрь дома Наварры и обнаружили, что ресепшн пуст.

Трех прекрасных брюнеток, которые обычно приветствовали посетителей Дома не было.

Мы вошли в Дом, настроение которого было надлежаще темным — печаль, поражение и молчание всех вампиров Дома.

Домом Грея был городской чердак.

Дом Кадогана имел Европейский стиль. Дом Наварры был гладкий и современный. Хотя внешне здание было больше похоже на замок принцессы, чем на Вампирский анклав, интерьер выглядел как художественная галерея.

Стены и пол блестели мрамором, со случайными всплесками искусства и мебели.

На первом этаже было полно вампиров, но они теснились за невидимой линией, оставляя разрыв между собой и Мастерами — Морганом Гриром и Скоттом Греем.

Оба были темноволосыми. Скотт был похож на бывшего спортсмена колледжа — Широкие плечи, тонкая талия и темное родимое пятно под его губами.

Морган был похож на мужскую модель.

Его темные, волнистые волосы достигали плеч, но его красивое лицо с высокими скулами, раздвоенным подбородком и темно-синими глазами, было маской горя.

У нас точно были не самые лучшие рабочие отношения, но сейчас было не время, чтобы вспоминать наши мелкие разногласия. Он страдал, и мы сделаем все, чтобы помочь.

Кроме того, в последний раз, когда я разговаривала с Морганом, он спас мне жизнь. Быть здесь, это было все, что мы могли сделать.

Джонах стоял чуть в стороне от них. Он и Скотт оба носили сине- желтую форму Дома Греев, которую Скотт выбрал, вместо медальонов, определяющих Дома вампиров.

Блондин, которого я не знала, но поняла что, он был капитаном охраны Наваррского дома, стоял с группой.

Этан кивнул, едва щадящим взглядом Джонаху.

— Наши соболезнования вашей потере. — Джонах с любопытством посмотрел на меня, и я обнаружила, что не могу смотреть в его глаза.

Мой желудок вдруг почувствовал несварение. Я боролась с моим другом из за моего нового партнера, и мой новый партнер стоял перед нами.

— Что случилось? — Спросил Этан.

Морган отошел в сторону, открыв взору присутствующих своих погибших коллег, лежащих рядом с лестницей в луже крови.