– Нам нужно посоветоваться.

Маршан вывел Балларда в коридор. Спустя минуту они вернулись.

– Первый вопрос, – сказал адвокат.

Д'Агоста заглянул в записи и самым нудным, бесцветным голосом, которому научился в полиции, произнес:

– Мистер Баллард, шестнадцатого октября в два часа две минуты вам звонил Джереми Гроув. Вы разговаривали в течение сорока двух минут. О чем? Пожалуйста, с самого начала.

– Да я уже... – Баллард замолчал, едва Маршан уверенно положил руку ему на плечо и снова вывел его в коридор.

– Вы ведь не позволите им вот так бегать туда-сюда? – возмутился д'Агоста.

– Именно позволю, – ответила Хейворд. – Он имеет право на адвоката.

Маршан и Баллард вернулись.

– Гроув звонил поболтать, – сказал Баллард. – По-приятельски.

– После полуночи?

Адвокат кивнул Балларду.

– Да.

– И о чем же вы болтали?

– Я уже говорил. Пошутили-посмеялись. Гроув поинтересовался, как у меня дела, как семья, как собака, ну и так далее.

– Что еще?

– Не помню.

Молчание.

– Мистер Баллард, получается, вы сорок две минуты беседовали с Гроувом о собаках, а через несколько часов Гроува убили?

– Это не вопрос! – отрезал Маршан. – Далее.

Листая блокнот, д'Агоста почувствовал, как Хейворд прямо-таки буравит его взглядом.

– Где вы находились, когда Гроув позвонил?

– На яхте. Совершал прогулку по проливу.

– Сколько человек команды было на борту?

– Яхта компьютеризирована, и я хожу в море один.

Последовала короткая, но многозначительная пауза.

– Как вы познакомились с Гроувом?

– Не помню.

– Вы были близкими друзьями?

– Нет.

– Вам случалось работать с ним?

– Нет.

– Когда вы виделись в последний раз?

– Не помню.

– Тогда почему же он вам позвонил?

– Спросите Гроува.

Снова этот гад за свое, подумал д'Агоста и перевернул страничку.

– Двадцать второго октября в двадцать часов пятьдесят четыре минуты вам на домашний номер звонил Найджел Катфорт. Вы ответили?

Баллард взглянул на адвоката, и тот кивнул.

– Да.

– О чем вы говорили?

– С ним мы тоже по-приятельски поболтали. Общие друзья, семья, новости...

– Собаки? – саркастически подсказал д'Агоста.

– Не припомню.

– Мистер Баллард, – вмешался Пендергаст, – у вас вообще есть собака?

Ненадолго воцарилось молчание, и Хейворд бросила на Пендергаста предупреждающий взгляд.

– Я выражался метафорически, – ответил Баллард, – имея в виду, что мы говорили о мелочах жизни. О таких, как собаки.

– Через несколько часов после того, как вы повесили трубку, Катфорта убили, – снова заговорил д'Агоста. – Вы не заметили, может, он нервничал?

– Не помню.

– Может, он был напуган?

– Может, и был, я не помню.

– Он просил о помощи?

– Не помню.

– В каких отношениях вы состояли?

– В поверхностных.

– Когда в последний раз виделись?

Баллард задумался.

– Не припомню.

– Вам случалось иметь с ним дела – бизнес или что-то другое?

– Нет.

– Как вы познакомились?

– Не помню.

– А когда вы познакомились? – тактично вмешался Пендергаст.

– Не могу вспомнить.

На этот раз Баллард превзошел сам себя. И адвокат Жорж Маршан раздувался, довольный, как жаба. Ну нет, решил д'Агоста, так не пойдет.

– После звонка Катфорта, – продолжил он, – остаток ночи вы провели на яхте?

– Да.

– У вас есть моторная лодка?

– Да.

– Вы пользуетесь ею?

– Нет. Лодка стоит на приколе рядом с яхтой.

– Какого она типа?

– «Пикник-боут».

Вмешался Пендергаст:

– Вы имеете в виду «Пикник-боут» фирмы «Хинкли», на водометном двигателе?

– Верно.

– С двигателем «Янмар» на триста пятьдесят или четыреста двадцать лошадиных сил?

– На четыреста двадцать.

– Максимальная скорость, полагаю, свыше тридцати узлов?

– Почти что так.

– И осадка сорок пять сантиметров?

– Не проверял.

Пендергаст, не обращая внимания на взгляды Хейворд, уселся на место. Хитрец что-то придумал.