– В чем дело, Билл? – спросила она. – Кто звонил?

– Специальный агент Пендергаст. Он сумел отыскать меня по телефону, который я получил в «Таймс».

– Чего он хочет?

– Что ты сказала?

Смитбек казался растерянным.

– Я спросила, чего он хочет. Ты словно контуженный.

– Я только что получил чрезвычайно странное предложение.

– Предложение? О чем ты говоришь?

Смитбек встрепенулся и схватил Нору за плечо.

– Скажу позже. Послушай, у тебя здесь все будет в порядке? Я беспокоюсь: Марго погибла, и Пендергаст предупреждал об опасности.

– Музей сейчас – самое безопасное место в Нью-Йорке. Тут тысяча копов.

Смитбек задумчиво кивнул.

– Верно.

– Послушай, я должна идти работать.

– Я войду с тобой. Мне нужно поговорить с доктором Коллопи.

– С Коллопи? Желаю удачи.

Смитбек уже видел большую сердитую толпу репортеров. От музея их отгородили веревкой полицейские и охранники. Впускали только сотрудников. А Смитбека охранники знали в лицо, слишком хорошо знали.

Нора положила ему на плечо руку.

– Что ты собираешься делать?

– Я должен пройти в здание.

Нора нахмурилась.

– Это имеет отношение к звонку Пендергаста?

– Конечно. – Он заглянул в ее зеленые глаза, перевел взгляд на медные волосы и веснушчатый нос. – Знаешь, чего мне на самом деле сейчас хочется...

– Не соблазняй меня. У меня полно работы. Сегодня – публичное открытие выставки, если мы вообще снова откроемся.

Смитбек поцеловал ее и прижал к себе. Уже хотел было идти, но Нора не отпустила.

– Билл, – прошептала она ему на ухо, – слава богу, что ты вернулся.

Они постояли минуту обнявшись, затем Нора медленно опустила руки. Улыбнулась, подмигнула и пошла в музей.

Смитбек смотрел ей вслед. Затем смешался с толпой сотрудников, выстроившихся возле дверей. Сотрудники вынимали пропуска, толпа скопилась порядочная. Полиция и музейная охрана проверяли документы. Войти нелегко. Смитбек подумал с минуту, потом вынул свое удостоверение и на обратной его стороне написал короткую записку.

Когда очередь дошла до него, охранник преградил дорогу:

– Удостоверение.

– Я – Смитбек из «Таймс».

– Ты не по адресу, дружище. Пресса вон там.

– Послушайте. У меня срочное секретное послание к доктору Коллопи. Оно должно быть передано ему немедленно, иначе полетят головы. Я не шучу. – Смитбек глянул на табличку с именем охранника. – Вам, мистер Праймус, тоже будет не до шуток, если вы его не доставите.

Охранник дрогнул, в глазах его промелькнул страх. Музейная администрация в последние годы не делала жизнь сладкой для тех, кто находился внизу карьерной лестницы, и создала здесь климат устрашения. Смитбек раньше использовал этот фактор в свою пользу. Надеялся, что он и сейчас сработает.

– О чем послание? – спросил охранник по имени Праймус.

– Оно касается украденных бриллиантов. У меня имеется секретная информация.

Охранник засомневался:

– Ну, не знаю...

– Я не прошу у вас позволения войти. Прошу лишь доставить записку директору. Не его секретарю, не кому-нибудь еще, только директору. Послушайте, я не какой-нибудь подонок. Вот мое удостоверение.

Охранник взял удостоверение и с сомнением на него посмотрел.

Смитбек сунул ему в руку записку.

– Не читайте. Положите ее в конверт и лично доставьте. Поверьте, вы будете рады, что сделали это.

Охранник мгновение колебался. Затем взял карточку и отправился в кабинет охраны. Спустя несколько минут вернулся с конвертом.

– Я запечатал ее, не читая.

– Ну и молодец.

Смитбек написал на конверте: «Для доктора Коллопи, чрезвычайно важно, открыть немедленно. От Уильяма Смитбека, младшего, из „Нью-Йорк таймс“».

Охранник кивнул:

– Я прослежу, чтобы ее доставили.

Смитбек подался вперед.

– Вы не поняли. Я хочу, чтобы вы сами ее доставили. – Он посмотрел по сторонам. – Я не доверяю никому из этих мужланов.

Охранник покраснел и кивнул.

– Хорошо.

Он исчез в коридоре вместе с конвертом.

Смитбек подождал с сотовым телефоном в руке. Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.

Смитбек в нетерпении заходил взад и вперед. Ему это не нравилось.

Вдруг телефон пронзительно зазвонил. Смитбек быстро нажал на кнопку.

– Это Коллопи, – раздался начальственный голос. – Я говорю со Смитбеком?