– Вы просили его подождать?

– Да.

– А полиция о нем знает?

– Нет, сэр.

– Подними его наверх. Не забудь о мерах предосторожности. – Пендергаст снял палец с кнопки и выпрямился. – Посмотрим, в чем тут дело.

Голос звучал спокойно, но лицо выражало озабоченность.

Они прошли по короткому коридору к лифту. Прошла минута, во время которой они не сказали друг другу ни слова. Затем послышался звон, и лифт начал ползти вверх. Вскоре медная решетка отодвинулась, и появились две фигуры – швейцар, который привел Д'Агосту, и курьер – тощий юнец-латиноамериканец в шарфе и толстой куртке. В руке он держал большой конверт.

Пендергаст посмотрел на пакет, и лицо его стало серым. Без слов сунул руку в карман черного пиджака, вынул медицинские перчатки, надел их. Затем достал из кармана двадцатидолларовую бумажку и отдал курьеру.

– Подождете несколько минут? – спросил он.

– Да, – ответил курьер, с подозрением поглядывая на перчатки.

Пендергаст взял конверт и переглянулся со швейцаром. Затем, кивнув Д'Агосте, быстро прошел в комнату.

– Это от Диогена? – спросил Д'Агоста, закрывая дверь.

Пендергаст не ответил. Вместо этого расстелил на столе лист чистой бумаги, положил сверху конверт и внимательно осмотрел его. Конверт не был заклеен. Верхняя его часть свободно перевязана красной нитью. Пендергаст оглядел нить. Затем развязал ее и осторожно раскрыл конверт.

Оттуда выпал маленький лист сложенной бумаги и локон блестящих черных волос.

Пендергаст резко втянул в себя воздух. Быстро открыл сложенный листок.

Бумага была красивой, вышедшей из-под ручного печатного станка, сверху герб – глаз без века над двумя лунами и спящим львом. Внизу пером чернилами табачного цвета выведена дата – 28 января.

Д'Агоста понял: записка была похожа на ту, которую Пендергаст получил несколько месяцев назад в особняке на Риверсайд-драйв. В отличие от предыдущей, на этой была не только дата. Взгляд его упал на следующие слова:

– О господи... – сказал Д'Агоста.

Слова застряли у него в горле. Он посмотрел на агента. Тот сидел на полу и нежно гладил локон. Выражение лица было столь ужасно, что Д'Агоста отвернулся.

– Возможно, это и ложь, – сказал он. – Твой брат и раньше лгал.

Пендергаст не ответил. Настала короткая и ужасная пауза.

– Спрошу у курьера, – сказал Д'Агоста, не решаясь взглянуть на друга.

Вышел из комнаты, направился к лифту. Курьер ждал под присмотром Мартина.

– Нью-йоркская полиция, – произнес Д'Агоста и показал свой значок.

Все замедлилось, словно в кошмарном сне. Ему было так тяжело, что он едва шевелил руками и ногами. Может, это шок?

Юноша кивнул.

– Кто дал вам этот конверт?

– Кто-то из такси опустил его в наш служебный ящик.

– Как выглядел пассажир?

– Это был обыкновенный таксист. Пассажира не было.

– Как выглядел автомобиль?

– Обычная желтая машина. Городская.

– А номер заметили?

Даже задавая вопрос, Д'Агоста знал, что это совсем не важно – запомнил парень номер или нет: без сомнения, Диоген замел следы.

Курьер помотал головой.

– Вам заплатили?

– Водитель заплатил пятьдесят баксов. Сказал, что ему приказали доставить конверт какому-то доктору Пендергасту, на углу 72-й улицы и Вест. Если возможно, лично в руки. И никому об этом не говорить, кроме доктора Пендергаста или швейцара.

– Очень хорошо.

Д'Агоста записал имя парня и его начальника. Затем отвел Мартина в сторону и попросил его проследить, остановят ли полицейские курьера, когда тот выйдет из здания. Странная тяжесть не отпускала его. Он вернулся в маленькую комнату.

Пендергаст не поднял глаз. По-прежнему сидел на полу, подавшись вперед. Руки он держал на коленях, ладонями вниз. Потерянное, горькое выражение лица исчезло, уступив место бесстрастности. Он не двигался, не моргал, казалось, даже не дышал. На Д'Агосту взглянул, словно был за миллион миль отсюда.

Может, он и в самом деле далеко, подумал Д'Агоста. Занимается медитацией или чем-то в этом роде. Может, просто старается удержаться от безумия.

– Курьер ничего не знает, – сказал он как можно мягче. – Диоген надежно себя прикрыл.