Но какое нам до них дело? Давайте-ка лучше и мы отправимся в Перадор.

В домике, где жили Марлаграм и Мальгрим, наступил час завтрака. Марлаграм вошёл в маленькую столовую, сел и, как бы обращаясь к невидимому официанту, сказал:

– Тарелку овсянки, да поживей!

Тарелка – и довольно большая – мигом появилась на столе, и Марлаграм принялся есть, противно чавкая и роняя кашу себе на бороду. Его племянник Мальгрим пришёл чуть попозже и, садясь за стол, с презрением взглянул на неопрятного старика.

Это нисколько не смутило Марлаграма.

– Съешь и ты тарелку овсянки, племянник, – сказал он.

– Ну нет, клянусь великим Вельзевулом! – Мальгрима передёрнуло. – Стану я есть эту пакость! – Он устремил пристальный, сосредоточенный взгляд в пустоту над столом. – Утку с зелёным горошком, – резко приказал он. – И бутылку бордо. – Он подождал несколько минут, но безрезультатно. – Ты что, не слышал меня? Я хочу утку с зелёным горошком и бутылку бордо.

– Хи-хи-хи! – Марлаграм поднял ложку. – Тарелку овсянки, да поживей!

Перед Мальгримом тотчас появилась овсянка. Он вскочил и сказал сердито:

– Ну, дядюшка, это уж слишком! Мы ведь уговорились раз и навсегда: какие бы профессиональные приёмы мы ни пускали в ход друг против друга, домашних дел это не должно касаться. Вы нарушили договор.

– А кто первый начал нарушать договоры? Ты, племянничек.

– Вы бы хоть кашу вытерли с бороды.

– Ну нет, не увиливай. Вчера вечером, когда король Мелиот назначил помолвку, ты проиграл, а я выиграл. Ты думал, племянник, у тебя преимущество в целый ход, хи-хи-хи! Примчался сюда, превратил одного из этих олухов в Красного рыцаря, другого – в дракона, а сам всё время работал на меня и даже не подозревал об этом. Ведь верно?

– Да, признаться, тут вы всё ловко устроили, – буркнул Мальгрим. – Видно, я недооценил вас. Но…

– Постой, племянник, я ещё не кончил. И потом ты – против всех правил – расстроил сговор, хитростью заманив бедняжку Мелисенту в другой мир. И только я подумал, что наконец-то можно немного передохнуть, – приходится опять лететь сломя голову и выбиваться из сил. Я даже прикинулся погонялой в повозке без лошади – уверен, тебе такое и не снилось. Ты играл нечестно, и сам это знаешь. Чем же ты лучше какой-нибудь из подручных феи Морганы, этих мерзопакостных ведьм, они тоже играют без правил! Мне стыдно за тебя, племянничек. Так что или ты съешь овсянку – кстати, она тебе совсем не повредит, – или останешься без завтрака.

– Ну и прекрасно, я не голоден.

– И вот ещё что, племянник. Как ты думаешь, куда запропастилась эта твоя Нинет, а? Хи-хи-хи! Ты, кажется, искал её сегодня всё утро?

– Так это вы, дядя… – сердито начал Мальгрим.

– Видел большое стадо гусей возле замка? – прервал его Марлаграм. – Хи-хи-хи! Ищи её там.

Мальгрим снова вскочил со стула.

– Ах вы, бессовестный старый…

– Сядь, племянник. Там этих гусей сотни две или три – до ночи с ними провозишься. Я расколдую её, как только мы покончим с делом. И конечно, если ты мне поможешь расколдовать Диммока.

– Ха-ха! Так вы про него не забыли? Положение не из лёгких, а?

– Всё было бы в порядке, племянник, не вмешайся ты снова вчера вечером. Из-за того, что Мелисенты вчера вечером не оказалось на месте, король Мелиот теперь гневается: нет, говорит, доказательств, что Сэм действительно убил дракона. А всё из-за тебя. Словом, придётся нам теперь заняться Диммоком, иначе дело не пойдёт. Сюда как раз идут Сэм и капитан Планкет.

– Неужели? А вы откуда знаете?

– Как откуда? В конце концов, волшебник я или нет? Да и вообще, тебе до меня далеко. Но зато, если у тебя будет сын или племянник, им будет далеко до тебя. Наша профессия – не для дураков, запомни это. Вот почему в ней наблюдается регресс вместо прогресса. А стало быть, чем старше волшебник, тем выше он среди своих собратьев. Иначе и быть не может.

– Но вы понимаете, что это значит? – серьёзно сказал Мальгрим. – Да ведь этак при неуклонном регрессе через несколько сотен лет…

– Волшебники измельчают и превратятся в жалких дилетантов! – подхватил Марлаграм. – Да, к тому времени люди и верить перестанут в наше былое могущество. Но тут уж ничего не поделаешь. Регресс есть регресс. Входите, входите! – воскликнул он. Вошли Сэм и Планкет. – Садитесь, пожалуйста. Чего бы вы хотели выпить?

– Две двойных мальвазии, – сказал Планкет.

Марлаграм уставился в пустоту над столом.

– Две больших чаши мальвазии, живо! Вино тотчас появилось.

– Вот это сервис, – сказал Планкет с восхищением. – А не могли бы вы раздобыть мне сигару, старик?

– Только не здесь, – сказал Марлаграм. – И не сейчас. Для этого должно пройти ещё много сотен лет.

– Жаль. Ну что ж, ваше здоровье! – И, выпив чашу почти до дна, он продолжал: – Ну, Сэм, старина, выкладывай.

– Так вот, – сказал Сэм. – Всё очень просто. Нужно расколдовать Диммока и сделать так, чтоб король поверил, что я победил дракона. В конце концов, я ведь не знал, что дракон – это Диммок, когда вызывал его на бой. Стало быть, не такой уж я обманщик.