— Ты в порядке?

— Ну, мне не придется проводить ночь в тюрьме, что уже неплохо.

Эзра рассмеялся, затем нахмурился.

— Но… я уволен.

Твой парень рассказал школьной администрации все — у него были фотографии в доказательство.

Все предпочли бы все замять, так что, если ты не выдвинешь обвинение, это не попадет в мои официальные документы.

Он подцепил пальцем одну из петель на его ремне.

— Я собираюсь пойти туда завтра и очистить свой кабинет.

Я думаю вам, ребята, найдут нового учителя на остаток года.

Ария прижала руки к лицу.

— Мне очень, очень жаль.

Она схватила руку Эзры.

Сначала Эзра сопротивлялся ее прикосновению, но медленно вздохнул и сдался.

Он притянул ее ближе к себе и крепко поцеловал, а Ария ответила ему так, как никогда прежде.

Эзра засунул руки под застежку ее бюстгальтера.

Ария схватилась за его рубашку, срывая ее.

Не имело значения, что они находятся снаружи, или что группа детишек из колледжа, курящих марихуану через кальян, уставилась на них с соседнего крыльца.

Ария целовала голую шею Эзры, а Эзра обвил свои руки вокруг ее талии.

Но, когда они услышали звук полицейской сирены, то испуганно отскочили друг от друга.

Ария укрылась за стеной крылечка с плетеной кирпичной кладкой.

Эзра скрючился рядом с ней, его лицо пылало.

Медленно полицейская машина проехала мимо дома Эзры.

Коп говорил по сотовому, не обращая на них никакого внимания.

Когда Ария повернулась к Эзре обратно, сексуальное настроение угасло.

— Идем, — сказал Эзра, заправляя рубашку обратно и проходя в квартиру.

Ария последовала за ним, обходя его входную дверь, которая все еще висела на петлях после того, как полицейские вчера выбили ее.

В квартире пахло, как обычно — пылью, макаронами Kraft и сыром.

— Я могу попытаться найти тебе другую работу, — предложила Ария.

— Может, моему отцу нужен помощник.

Или он может подергать за ниточки в Холлис.

— Ария… — на лице Эзры было капитулирующее выражение.

А затем Ария заметила позади него упаковочные коробки для переезда.

Ванная, стоящая посреди гостиной, была освобождена от всех книг.

Пропали оплывшие синие свечи на каминной полке.

И Берта, французская надувная кукла, которую какие-то друзья Эзры купили для него в шутку еще в колледже, больше не громоздилась ни на одном из стульев на кухне.

На самом деле большая часть личных вещей Эзры пропала.

Осталось только несколько одиноких, бесполезных предметов мебели.

Холодное, липкое чувство захлестнуло ее.

— Ты уезжаешь.

— У меня есть кузина, которая живет в Провиденсе, — пробормотал Эзра себе под нос.

— Я собираюсь поехать туда на какое-то время.

Проветрить голову.

Взять несколько уроков гончарства в Школе Дизайна Род-Айленда.

Я не знаю.

— Возьми меня с собой, — выпалила Ария.

Она подошла к Эзре и потянула за край его рубашки.

— Я всегда хотела пойти в Школу Дизайна Род-Айленда.

Это мой предпочтительный вариант колледжа.

Может, я смогу подать заявление раньше.

Она снова подняла глаза на Эзру.

— Я переезжаю к моему отцу и Мередит — участь, которая хуже смерти.

И… и я никогда не чувствовала себя так, как когда я рядом с тобой.

Я не уверена, что вообще смогу когда-нибудь такое ощутить.

Эзра зажмурил закрытые глаза, покачивая руки Арии взад и вперед.

— Я думаю, тебе стоит найти меня через пару лет.

Потому что, я имею в виду, у меня тоже есть к тебе эти чувства.

Но я должен убраться отсюда.

Ты знаешь это, и я знаю это.

Ария отпустила его руки.

Она чувствовала себя так, как будто кто-то раскрыл ее грудную клетку и вынул сердце.

Всего лишь прошлой ночью, несколько часов назад, все было идеально.

А потом Шон и Э снова все это сломали.

— Эй, — сказал Эзра, заметив слезы, стекающие по щекам Арии.

Он притянул ее к себе и крепко обнял.

— Все в порядке.

Он заглянул в одну из своих коробок, а затем вручил ей своего болванчика Уильяма Шекспира.

— Я хочу, чтобы это было у тебя.