Однако Шурик так был увлечён разглядыванием плана, что заметил Петра Егоровича лишь тогда, когда тот уже стоял под деревом и укоризненно говорил:

— Зачем же ты, парень, на яблоню-то забрался?

Никита и Серёжа с беспокойством ожидали друга. Ох, достанется ему! Еще подумают, что за яблоками полез. Но, к их удивлению, Шурик вышел со двора паромщика Егора улыбающийся и весёлый. Никита, не веря своим глазам, даже спросил:

— Обошлось?

— Всё сам обещал показать.

— Ну? — удивился Никита.

— Да, еще спрашивает: хочешь, говорит, быть архитектором?

— А ты что ему?

— Я говорю, — хочу, только я не один.

— Правильно, — одобрил Серёжа. — Ну и как?

— «Приводи, — говорит, — завтра утром и товарищей своих».

На следующий день рано утром Шурик, Никита и Серёжа сидели под окном Петра Егоровича. Каждому не терпелось стать скорее архитектором, но не все они одинаково верили в такую возможность. Больше всех сомневался Никита. Маленький, белобрысый, он щурил на солнце глаза и приставал к Шурику: а так ли тот понял Петра Егоровича, не ослышался ли и вообще не выдумал ли, что ребята могут быть архитекторами? Ведь Шурик известный заводила: то выдумает чудо-траву, а это оказывается клевер, то сказки рассказывает, что есть такие места, где землёй целые города засыпаны. Ну как тут верить Шурику? Пусть скажет Сергей, — ведь прав он, Никита.

Но Серёжа не склонен поддерживать Никиту. Он говорит:

— Ты всегда дружбу ломаешь, против всех идёшь…

Архитектор не заставил себя долго ждать. Вскоре вчетвером они уже спускались к речной переправе. Старый паромщик, дед Егор, перевёз их на другую сторону, и Пётр Егорович повёл ребят к лесу. Но что им предстоит делать в лесу, — ребята не знали, и Никита, толкнув Шурика в бок, недоумевающе спросил:

— Хворост собирать идём или по ягоды?

— Наверное, лес выбирать для строительства, — ответил Шурик, — видишь, в бор идём.

Сосновый бор высился недалеко от переправы. Но у самого бора Пётр Егорович свернул в сторону и направился к мелколесью, поросшему кустарником да молодыми липами, берёзками, клёнами. Тут даже Шурик забеспокоился. Что в мелколесье делать?

А Никита подошёл к нему и сказал тихо:

— И совсем мы не архитекторы.

— Много ты знаешь, какие бывают архитекторы, — ответил Шурик, хотя сам сомневался не меньше своего друга. — Пётр Егорович не обманет, вот увидишь.

— Чего смотреть? Вот возьму и уйду! Что я, нанялся за ним ходить?

— И уходи, — решительно заявил Шурик. — Только после в архитекторы не просись, не примем.

Эта угроза, видимо, повлияла на Никиту, и он не рискнул покинуть своих друзей.

А Пётр Егорович вёл их всё дальше. Вдоль опушки бора тянулось мелколесье; внизу, совсем близко, серебрилась река. И так было красиво вокруг, что, выйдя на небольшую поляну, Пётр Егорович остановился и сказал:

— Ребята, смотрите, как хорошо тут. Бор, река, раздолье! А вон наши Ключи притулились под косогором. Красивое место?

— Чего же тогда деревню там ставили? — удивился Никита.

— Когда её деды наши ставили, люди селились не там, где места красивые, или где удобно, а где нужда заставляла… Даст ли помещик самую плохую землю, продаст ли купец по дешёвке неудобицу или царская казна отрежет где-нибудь, куда Макар телят не гонял, там и ставили деревни…

— А вы, Пётр Егорович, хотите сделать так, чтобы Ключи были в самом красивом месте?

— Вот именно, — ответил Пётр Егорович. — Чтобы лучше места не найти.

И, сказав это, он вытащил из кармана, к удивлению ребят, ворох тесёмок разного цвета. Что ещё надумал архитектор? А Пётр Егорович разделил тесёмки на три части и сказал:

— Голубые подвязывайте к липам, синие к берёзкам, а красные к клёнам. А деревца выбирайте в свой рост.

Шурик подвязывал деревца и не знал, как ему отбиться от Никиты. «Вот так архитекторы! Что девчонки, с ленточками возимся!» Даже молчаливый Серёжа, который готов был всегда следовать за Шуриком, даже тот сумрачно спросил:

— А Пётр Егорович верно обещал, что мы будем архитекторами?

— Ясно, обещал.

— Так что же он?

— Я почём знаю! Только уходить не стоит… А то мы уйдём, а он других возьмёт ребят…

И ребята продолжали подвязывать деревца тесёмками. А когда они закончили подвязку, Пётр Егорович весело сказал им:

— Садитесь, друзья, и я вам покажу, как будут выглядеть наши Ключи.

Архитектор достал из бокового кармана большой, в несколько раз сложенный лист бумаги и развернул его на земле перед ребятами. Это был тот самый план, который накануне с яблони пытался рассмотреть Шурик. Теперь он был перед глазами и его можно было сколько угодно рассматривать и даже водить по нему пальцами. А Пётр Егорович рассказывал: