Возле забора круглого медвежатника стояли человек двадцать с фотоаппаратами и видеокамерами. Сквозь прутья решётки они снимали красивого белого медвежонка, который разгуливал по краю замерзшего бассейна.

– …Мы вновь возобновили видовую линию, которую утратили два года назад, – объяснял журналистам мужчина в очках.
– Этот двухгодовалый самец прибыл к нам только что из Венского зоопарка по линии обмена. Большую помощь в доставке медведя оказал наш постоянный спонсор «АКТИВ-банк». Мы давно дружим с этим финансовым учреждением. Стараниями главы филиала Сергея Гавриловича Мамута нам удалось недавно приобрести ещё одного бегемота и пополнить коллекцию приматов…

Коллекцию кого? Что это ещё за животное – примат? С бегемотом понятно. Таким бы ртом водочки хлебнуть, как говаривал отец.Олеся почувствовала острый голод. Теперь при мысли о еде тошнота не пришла. И выпить. Водочки… да. Станет тепло. Хочу, чтобы было тепло…

Девушка торопливо выскочила из зоопарка, села в троллейбус. На улице Дзержинского вышла. Здесь на рынке было кафе, в котором когда-то с Мариной ели горячие чебуреки. Народ под вечер возвращался с работы, проходы были заполнены покупателями. Макаронова подошла к очереди у окошка с чебуреками. Людей было много, и она двинулась вдоль прилавков. Несколько раз останавливалась у стеклянных витрин с колбасами, смотрела на еду.

Взгляд упёрся в рекламную вывеску: бар «Серебряная рыбка». Ниже мелом на доске: «Недорогие обеды. Домашняя кухня. Спиртные напитки. Пиво. Кофе». Она потянула на себя обшарпанную дверь. В полутёмном прокуренном зале много людей. На стенах – аляповатые картинки, подсвеченные тусклыми бра. Отыскав свободный столик у стены, опустилась на стул и прикрыла глаза. Не нужно было рассказывать немцу всю правду. Особенно про то, что украла похоронные деньги. Теперь он будет попрекать её. Права мать: нельзя говорить о себе того, что может обернуться против тебя. Никому нельзя верить...

– …Эй, подруга, ты что здесь делаешь? – Олеся подняла глаза и увидела Вадима Сурка. – Какого чёрта шарахаешься по барам? Я ж тебе сказал залечь поглубже и носа не казать.

– Ой, Вадик, милый. Как хорошо, что ты… У меня тут такое… - сразу осеклась, чтобы не сболтнуть лишнего. – Слушай, я есть хочу…

Сурок присел рядом.

– Пожрёшь и вали. Подойди сюда, - махнул рукой официантке, - принеси что-то этой…

– Пить будете? – раздражённая девица спрятала блокнот.

– Водки, - быстро сказала Олеся.

Сурок кивнул.

– Двести водки, две рюмки.

– В меня стреляли… – глаза девушки наполнились слезами.

– В тебя? Кто? На хрен ты кому сдалась!

Принесли солянку, два салата и графинчик водки. Олеся расплакалась.

– Подожди, - Вадим наполнил рюмки, - выпей и успокойся.

Девушка рывком влила водку и поперхнулась.

– Они это… приехали, ворота выбили, стрелять начали. А потом он бросил бутылку – и они взорвались…

– Стоп, стоп! Давай сначала. Я тебя посадил в такси. Ты куда поехала?

– К своему жениху в Варваровку.

– К Геббельсу, что ли?

– Ну да…

– И что дальше?

– Там я увидела Пауля – внука Рихарда, которого Вазген сначала хотел убить, а потом закрыл у себя дома под охраной…

– Стой… что ты мелешь? Следи за базаром. Кого Вазген хотел убить?

– Пауля...
– Водка упала, стало спокойно и тепло. – Я у Вазгена видела из окна, как вытаскивали носилки, а потом охранники сказали, что утопили машину. Потом Пауль очнулся и сбежал. Это же внук моего дедугана. Ты понял, как оно всё замутилось? Вадим, я загрызу пока…

Сурок мрачнел с каждой минутой. Всё, мне конец. Олеся стала говорить громче.

– Потом приехали бандиты и начали стрелять…

– Тихо, блин. А ты что?

– Патроны подавала, - прошептала Олеся. – И в санитарку играла. Хотела перевязать, он не дался.

Она всё видела. Сегодня в Варваровке зажмурили Славу и Димона… Вован вечером умер в больничке. Тачку сожгли… Вазген чёрный весь. Он меня грохнет, если узнает, что я с этой сукой связан. Хоть и не при делах, а всё равно… они сначала убивают, а потом разбираются…

– Я узнала всех. Это люди Вазгена, я их видела…

– Слушай, мать, ты кому-то рассказывала про это?

– Ну да. Менты были и какая-то баба.

– Какая баба?

– Сказала – за Паулем приехала. Ей рассказала, а ментам нет. Что я ссученная – с ментами связываться? Ничего не видела, ничего не знаю, зашла случайно…

– Давай ещё бахнем, Леська. За здоровье. Слава Богу,что выкарабкалась…

– Ты ещё водочки закажешь? Тут уже на дне.

– Конечно, конечно. Какие проблемы? Деньги есть.