Глаза Сейдика вспыхнули.

– Как будто у тебя нет такой же свободы, Самия! Ты современная молодая женщина. Не думаешь ли ты, что я поверю, будто в твои двадцать пять ты ведешь образ жизни монашки?

В попытке защитить себя, Самия тут же язвительно произнесла:

– То есть ты не возражаешь, если твоя жена не будет невинна в первую брачную ночь? Я-то думала, этот пункт должен был присутствовать в твоем списке качеств идеальной невесты.

Они неотрывно смотрели друг другу в глаза. На прекрасном лице Сейдика появилась циничная улыбка.

– Это совсем меня не беспокоит, – протянул он. – Конечно, я и не ждал невинной невесты. Я не такой старомодный и не лицемер. У меня здоровый сексуальный аппетит, и, честно говоря, мысль о новичке в постели не прельщает меня.

Самия почувствовала укол боли. После того инцидента в колледже она отказалась от всех желаний своего тела в надежде полностью отдать себя человеку, который оценит ее жертву. На принцессу тут же нахлынула буря разных эмоций, которые она не хотела анализировать. Она неуклюже выбралась из своего кресла. Рядом с этим человеком любое ее движение было неуклюжим.

Сейдик отложил телефон и посмотрел в иллюминатор. Он видел там только облака.

Минуту назад Самия выглядела так, словно готова была расплакаться, а Сейдик не мог понять, чем расстроил ее. Он усмехнулся. Ну, кроме того, что попросил выйти за него замуж.

Сейдик еще раз вернулся к мыслям о том, что же такого оскорбительного он сказал. Конечно, он не ждал, что принцесса будет невинной, хотя и никогда не замечал в прессе свидетельств ее любовных приключений.

Сейдик сжал челюсти. Разговор всколыхнул старые воспоминания. Аналия Медена-Гонсалес. Прекрасная светская львица из Европы, приехавшая в Аль-Омар со своим отцом. Тогда Сейдику было всего восемнадцать. Он уже не был девственником, но и опытным его тоже нельзя было назвать.

Аналия, будучи на десять лет старше Сейдика, соблазнила его. Он не устоял перед ее чувственностью и сексуальностью и стал податливой игрушкой в ее руках. Он был молод и наивен и поверил, что влюбился.

– Что? Ты любишь меня? Сейдик, дорогой, ты не любишь меня. Нет, конечно. Ты просто хочешь меня.

В ответ он что-то мямлил, пытался переубедить ее. Красивые зеленые глаза внимательно изучали его с ног до головы. Потом Аналия вздохнула и сказала:

– Милый, мне двадцать восемь лет, я ищу второго мужа. А ты еще мальчишка. Чем скорее ты научишься держать свое сердце под контролем и не влюбляться в каждую женщину, с которой спишь, тем лучше. Я знаю, какие особы будут встречаться тебе на пути. Они будут хотеть твое тело, да. Будут хотеть тебя, потому что ты богатый и могущественный. Это два самых сильных афродизиака.

Она подошла ближе и прошептала на ухо:

– Поверь мне, Сейдик, им всем будет плевать на то, какой ты на самом деле. Как и мне. Единственная женщина сейчас в твоей жизни, которой не все равно, – это твоя мать. Но однажды ты найдешь какую-нибудь чистую, невинную местную девушку и женишься на ней. И вы будете жить долго и счастливо.

Он выучил очень ценный урок, а предсказание Аналии в скором времени сбылось.

В девятнадцать лет он стал султаном и посвятил себя возрождению страны, которая погрязла в коррупции и хаосе. А когда стал появляться в обществе, девушки толпами вились вокруг него.

Вскоре Сейдик наловчился выбирать тех женщин, которые знали правила игры. Никаких эмоций. Никаких обязательств. Он привык к жадному блеску в их глазах. На каком-то низменном уровне ему даже нравилось это. Сейдик знал одно: больше он никогда не раскроет женщине душу, никогда не будет отвергнут или унижен.

Спустя какое-то время он даже пару раз встречал Аналию и даже однажды сам соблазнил ее. Наутро, когда она одевалась, Сейдик посмотрел на нее и ничего не почувствовал. Ни тени эмоции. Это была его победа.

Спустя три часа Самия стояла за бархатной занавеской примерочной, на этот раз в магазинчике на укромной улочке в Париже. Она покрутила в руках шифоновый подол платья, а ее новый стилист, на этот раз более дружелюбная женщина, потянула ее в зал:

– Пойдемте, cherie [1] . У нас впереди еще много платьев.

Самия закрыла глаза, задержала дыхание и последовала за ней. Яркий свет на секунду ослепил ее, и она не смогла сразу понять, что за выражение лица было у Сейдика. Она решительно вскинула подбородок и посмотрела ему в глаза. Только его взгляд был устремлен ниже ее лица. Он смотрел на ее грудь!