– Тимочка, давай документы отправь, а я лечиться. Увидимся в номере, - как можно веселее сказал я, промокнув салфеткой губы, подмигнула роботу и пошла за девушкой.

***

Когда дошла до кабинета врача, прокляла все на свете. Лечебный блок находился на приличном расстоянии от основного корпуса, а идти пришлось по жаре. Понятно чего девушка так облегчено вздыхала – устала, наверное, такое расстояние прошла, потом в поисках меня бегала по этажам. Ну, ничего, работа у нее такая, зарплату за это получает, и фигурка всегда подтянута. Вдруг она обернувшись, решила побеседовать со мной:

– Леди Суворова, простите за вопрос, но в какой клан вы входите?

– Исследователей, а вы? – вежливо поддержала я ее.

– Исследователей? Вы очень нетипично одеты. Я предполагала вы из творцов. А я из клана врачевателей. Правда по натуре творец. Но мама не отпускает, - печально пожаловалась на свою тяжелую судьбу девушка.

– А как вас зовут? – спросила я.

– Ой, простите, все время забываю представиться. Меня зовут Дарина. Я работаю секретарем у мистера Лонга. Представляете, некоторые даже не замечают меня. Вот если бы мама разрешила, то изменила бы свой имидж, тогда я не была бы такой незаметной, - печаль Дарины была очень искренняя, даже стало слегка жаль девушку. Тяжело жить, когда тебе диктуют правила, и ты не имеешь возможности для самореализации. Когда-то я сама была в ее положении.

Девушка проводила меня в кабинет и, усадив в кресло, закрыла за собой двери. За столом сидел доктор Лонг, и что-то строчил на бумаге обычной ручкой. Какой ужас! Бумагой практически никто не пользуется уже лет сто. Пока мужчина на меня даже не обращал внимания, я пристально осмотрела самого доктора. Он был очень преклонного возраста, и не гнушался использовать имплантаты. Его человеком–то с натяжкой можно назвать, живого места нет.

И вот доктор отложил чью –то карту в сторону и обратил свой взор на меня.

– Здравствуйте, мистер Лонг, - вежливо поздоровалась с ним.

– Здравствуйте, леди Суворова, я просмотрел вашу карту. Поэтому давайте для начала познакомимся. Меня зовут мистер Атори Лонг. У нас с вами два очень продуктивных дня. Снимать стрессы любого характера моя специальность. Поэтому прошу, прилечь на диванчике и рассказать мне все, что вам будет угодно. Желательно с самого детства.

О как, сразу к делу, в грязном белье копаться! Не люблю врачевателей, ох как сильно не люблю!

– Ну что ж, давайте начнем, - как можно более непринужденно согласилась я с предложением Лонга и стала с удобствами располагаться на диване.

Доктор терпеливо ждал, пока я расслаблено откинусь на маленькую подушку. Когда я в ожидании повернулась к нему лицом, он начал свою экзекуцию:

– Вспомните своих родителей, какое было между вами общение. Как ласково вас называла мама в детстве?
– доктор в предвкушении смотрел на мои страдания. Видно, не с самого начала читал он мою карточку.

– Никаких отношений не было. Я нтернатовская.

– То есть вы их вообще не помните? – спросил Лонг, смотря на меня цепким колючим взглядом, анализирует реакцию. Ненавижу врачей!

– Да, - подтвердила я и отвернулась от старикашки, не хочу на него смотреть.

Мне уже давно не больно - переболела. Устремив свой взгляд на потолок, с удивлением поняла, что смотрю на себя. Потолок был глянцевым и отражал все, что находилось под ним, оригинальное решение.

– У вас не было друзей, вас били, издевались? – продолжал сыпать вопросами доктор.

Чирканье ручки по листу несколько успокаивало. Поэтому глубоко вздохнув, отвечала всем известные факты моей биографии равнодушным голосом:

– Нет, у нас был строгая дисциплина. Все как у всех. Друзей не было.

– Понятно, но обычно в детстве у всех есть друзья. Может, вы не помните про них?
– голос у Лонга такой сочувственный, это что-то новенькое, заинтересовано обернулась на доктора, а нет, показалось. Доктор все так же отмечал любую мою реакцию на его слова. Горько усмехнувшись, я даже не сразу нашлась, что ответить этому шибко умному доктору:

– Вы думаете, что воспоминания могут быть выборочными. Все что я помню, это четкая дисциплина. И никаких отклонений от правил. Если ты накосячил, то сдадут тебя все без исключения. Поэтому и не было друзей.

– Как интересно, вот откуда у вас такая боязнь эмоций. Вы их прячете очень глубоко. Не поддаетесь им. Очень интересно. Какие возможности, - радостно сделал выводы Лонг, с упоением записывая что-то у себя в листках. Писал долго, не обращая на меня внимания, при этом бормотал себе что-то под нос. С усмешкой смотря на него, я вдруг задалась вопросом: «Вот кому из нас нужен врач? Явно ему».