В работе она во многом зависит от Рика, прежде всего, он полицейский, притом по роду службы ежедневно получает разного рода информацию. Однако его знает в лицо почти все население города, и если она появится на мосту рядом с Брэгом, то портрет ей не вернуть.

Франческа понимала, что без поддержки идти на встречу не стоит. Уже в полусне, около половины четвертого утра, у нее мелькнула мысль, что надо будет узнать у Харта, не позволит ли он воспользоваться услугами Рауля. И еще она попросит Джоэла ее подстраховать. Через секунду она уже спала, но прежде приняла решение попросить Джоэла, если что-то случится, немедленно обращаться к Брэгу. Она даже может дать мальчику пистолет…

Сейчас, стоя перед дверью особняка Харта, Франческа думала, что все пройдет удачно. Она в этом уверена. К вечеру этого дня портрет будет у нее, а возможно, ей удастся установить и вора.

Еще очень рано, но слуги наверняка встали. Франческа постучала настойчивее, дверь распахнулась, и перед ней возник Харт. От удивления она отступила назад.

Брови Харта поползли вверх.

— Франческа?

На мгновение она замерла, позволив его невероятной привлекательности ласково окутать ее, сразу захотелось рассказать ему о встрече в парке и просить сопровождать ее. Как было бы хорошо, если бы они по-прежнему были вместе.

— Ты кого-то ждешь? — спросила она, придя в себя.

— Нет. Проходи, — сказал он, скорее всего решив, что произошло нечто ужасное.

— Прошу прощения за ранний визит, но ты все равно уже встал. — Она заставила себя улыбнуться и добавила почти весело: — Итак, доброе утро!

Харт не улыбнулся в ответ, вместо этого он схватил ее за руку и почти втащил в дом.

— Что случилось, Франческа?

Стараясь не смотреть ему в глаза, она принялась стягивать перчатки.

— Мне нужно сказать тебе пару слов наедине, Харт. Это очень важное и очень личное.

Она осмелилась поднять глаза. Харт напряженно вглядывался в ее лицо, на котором продолжала играть улыбка. Франческа вынуждена была отвести взгляд.

— Кто-то уже проснулся?

— Не знаю. Я пытаюсь понять, что произошло между нами прошлым вечером и сегодня утром.

Франческа последовала за его взглядом и поняла, что он разглядывает ее левую руку.

— Ты не об этом думаешь.

— А о чем же? — Он смотрел с любопытством.

Франческа молчала.

— Твои нервы на пределе, — продолжал Харт, — иначе ты не светилась бы такой фальшивой улыбкой.

Он взял ее под руку и повел через холл. Франческа очень хотела сказать, что он ошибается, но Харт был прав — ее нервы на пределе. И дело не только в деньгах, которые необходимо срочно найти. Рядом с ним она всегда нервничала, еще до того, как стала его невестой. Кроме того, сочиненная для него история, которая, хоть и казалась вполне правдоподобной, на самом деле была ложью, и одна мысль о ней заставляла Франческу дрожать от страха.

— Я немного волнуюсь, — призналась она.

— Даже не пытайся меня обмануть, Франческа. — Харт сделал приглашающий жест рукой, и она, неловко ступая, прошла в библиотеку. Неужели он понял, что она будет лгать? Необходимо, чтобы Колдер поверил каждому ее слову.

В камине подрагивало небольшое пламя, на столе были разбросаны газеты и бумаги, в стороне стояла чашка кофе.

Франческа всегда знала, что Харт очень много времени уделяет работе и управлению своей огромной империей. Он мало спал и много работал — переговоры и торги доставляли ему больше удовольствия, чем рутинный труд управляющего страховой или судоходной компанией.

Харт подошел к стоявшему на сервировочном столике серебряному кофейнику и налил ей кофе.

— И все же сейчас слишком рано, даже для тебя.

— Да, пожалуй. — Она приняла из его рук чашку и подумала, не станет ли ей еще хуже от чашки крепкого кофе. Расследование очередного преступления казалось вполне обычным делом. Но когда на кону твоя собственная судьба — все приобретает совершенно другой смысл.

Если она получит портрет, они могли бы вместе выследить вора, после чего она полностью бы сосредоточилась на том, как вернуть Харта.

Харт опять опустил глаза и покосился на ее левую руку. Франческа на мгновение ощутила удовлетворение оттого, что он обратил внимание на перемены, хоть и промолчал. Она пила кофе, чувствуя, как желудок затягивается в тугой узел.

— Мне очень неприятно, но я вынуждена просить тебя об одолжении.

— Что бы то ни было, мой ответ «да».

Она едва не бросилась ему на шею, но сдержалась.

— Ты еще не знаешь, в чем состоит моя просьба.

— Мой ответ «да».

Франческа вдохнула, чувствуя, как подгибаются колени, вскинула подбородок и произнесла, холодея от страха:

— Боюсь, мне придется попросить у тебя некоторую сумму — при том, что я уже так много тебе должна.

Он продолжал смотреть не мигая.