— А система не сочтет вручение мне пузырька с зельем как помощь?

— Да с чего бы, это на твой основной квест вообще никак не влияет. Где одно, это зелье и где квесты? Так это и был твой второй вопрос?

— Да нет, это так, уточнение было. Вопрос другой — а что именно я должен сказать этому игроку?

— Это очень правильный вопрос. Очень верный вопрос.

Зимин встал, подошел к стене, той, что была напротив окна, и нажал какую то кнопку. Часть стены разъехалась в разные стороны — это и не стена была вовсе, а большие створки, под стену декорированные. За створками была огромная карта, судя по всему Файролла.

— Вот смотри. Ну чего сидишь, сюда иди — Зимин махнул мне рукой подзывая к себе.

Я подошел и восхитился. Карта была великолепна, она была не просто объемная, складывалось такое впечатление, что она была интерактивная. Я нагнулся пониже и посмотрел в район Кройцена. Неподалеку от него я увидел мост, с надписью над ним «Мост Трех Королей». У меня было полное ощущение, что я вижу людей, идущих через него.

— Не отвлекайся! — Зимин дернул меня за рукав.

— Так офигенно же, я такого и не видел никогда — я посмотрел на него.

Зимин кивнул.

— И не увидишь. Такая карта существует в трех экземплярах — у меня, у Валяева и у шефа. Так вот, скажешь, что наткнулся на дриаду воот здесь, в этой недавно появившейся пещере — Зимин ткнул пальцем в место, поименованное на карте как пещера с звучным названием «Майрог», находящееся недалеко от Фладриджа, как раз в том Темном и Страшном лесу, куда в давние времена меня зазывала старуха с хворостом.

— Наткнулся, и?

— Помог ей излечиться — она была очень изранена и в благодарность она тебе сказала, что если ты выполнишь серию ее квестов-поручений, то она даст тебе скрытый квест, возможно связанный с Богами. Опишешь ее — он скорее всего представляет как дриада выглядит. Только описывай ее первый облик, страшненький.

— И?

— Уснешь пьяным сном и будешь дожидаться ухода этого игрока. А потом — свободен, делай чего захочешь. Не забудь только позвонить, доложиться.

— В любое время? Или уже с утра?

— В любое, я ложусь очень поздно. Вопрос важный, принципиальный.

— Я все понял, пошел исполнять.

— Давай, удачи. И еще — второй выпуск еженедельника вышел отличный, я сам прочел с удовольствием и даже шефу он вроде как понравилось. А Старик очень привередлив в таких вопросах.

— Мы стараемся — скромно сказал я.

— Вижу и ценю. Смею заверить, что это именно так. Да, эту твою девицу, ну, толковую. Да твою, твою, меня не обманешь. Так ее сделали замом официально?

— Да, и жалование повысили.

— Ну и славно. Надо будет и со своей стороны подбросить немного — кадры, они решают все.

Зимин проводил меня до приемной и сказал Елизе:

— Распорядись, чтобы мастера Харитона доставили туда, куда он пожелает.

Потряс мне руку и ушел.

Надо отметить что дела в «Радеоне» делались быстро, по этой причине уже через пятнадцать минут все тот же «Фольксваген» вез меня домой — в редакцию я решил не возвращаться. Душу мне грели и оценивающе-заискивающие взгляды девиц с ресепшена — есть в причастности к сильным мира сего какое-то очарование и притягательность.

Дома я отоспался, позвонил Вике и порадовал ее гипотетической прибавкой к жалованию, проинформировал о том, что если она сегодня приедет ко мне, то вероятнее всего я буду в игре, с удовлетворением отметил не «Да ты рехнулся со своими играми», а прозвучавшее музыкой «Как скажешь, я подожду». Повесив трубку, погоревал немного что этот славный период скоро закончится, поскольку женщина получив хотя бы минимальную власть над мужчиной, тут же развязывает вероломную захватническую войну над его, мужским, свободой и временем. Свободы по мнению женщин у мужчин быть не должно, поскольку она ведет к ненужным мыслям и поступкам, а все время должно быть посвящено им, женщинам. Поэтому надо радоваться тому славному отрезку в отношениях когда женщина еще кредитует мужчину хорошим настроением и хотя бы визуальной демократией в отношениях. Потом такого уже не будет…

Вечером, в пол-девятого, я стоял у дукана Ибрагима. Я решил прийти пораньше, мало ли чего. Уверенность моя в успехе дела возросла, после того как прямо в номере я бахнул зелье из появившегося в моей сумке пузырька со следующим описанием.

Елки-иголки, уникальное. Поди больших денег стоит. Тут вообще зелья недешёвые. Тут я вспомнил, что в сумке так до сих пол и лежат зелья из сундука и еще какой-то свиток, который я совсем уж выпустил из вида. Свиток я оставил на последующее изучение — будет чем в дукане заняться, а вот зелья рассмотрев и поцокав языком я убрал в сундук.