— Имеешь в виду, после того как ненароком стала причиной смерти его отца?

Вампирша напряглась, будто я вонзила в неё нож, и потрясенно взглянула мне в глаза.

— Как ты…

— Как я поняла? — Я пожала плечами. — Признаюсь, додумалась не сразу. Все это время, что Алексис Джеймс за мной гонялась, я никак не могла понять, почему она решила подставить именно меня, и как вообще вышла на Флетчера. Но она все рассказала мне в ту ночь в каменоломне. И ты её слышала. Она узнала о нас от одной из шлюх-подружек Гордона Джайлса, дочь которой изнасиловали, а я за это убила Клиффа Инглеса. — Я не сводила глаз с Рослин. — У Гордона сохранилась целая куча фотографий проституток, большинство которых носили кулоны с руной в виде сердца, пронзенного стрелой, эмблемы твоего клуба. Скажи, ведь та шлюха, из которой Алексис выбила сведения, была одной из твоих девочек?

Спустя секунду Рослин утвердительно кивнула. Нет смысла отрицать.

— Как мне видится, шлюха пришла к тебе и попросила отгул, чтобы позаботиться о жестоко изнасилованной и избитой дочери. А ты рассказала ей о Флетчере и Финне. Что они могут устроить… несчастный случай. И когда Стивенсон допрашивал её по приказу Алексис Джеймс, шлюха должна была дать им что-нибудь в обмен на спасение собственной шкуры — и она сдала Флетчера и Финна.

— Я думала, что оказываю ей услугу. Даже не предполагала, что может случиться такое. Если бы я знала, чем обернется дело… — начала Рослин.

— Перестань, — оборвала её я. — Что сделано, то сделано, и это не изменить.

Мы стояли близко друг к другу и смотрели, как к Финну подошел очередной человек. От Рослин исходили волны напряжения, я излучала мертвенный холод.

— Ты расскажешь Финну? — наконец спросила она.

Я подождала несколько секунд, чтобы дать ей вспотеть.

— Нет. Ему незачем знать, да и это только осложнит отношения между вами.

— Он на самом деле мне небезразличен, — пробормотала Рослин.

Я холодно уставилась на неё.

— Знаю. А ему не наплевать на тебя, и только поэтому я дарю тебе жизнь. Поэтому, и из-за Кэтрин.

— Кэтрин? — нахмурилась Рослин.

— Ты нужна ей. Я знаю, каково это — жить без семьи. Малышка заслуживает лучшей жизни. — Я повернулась к Рослин, чтобы она в полной мере прочувствовала силу моего говорящего взгляда. — Но если ты ещё хоть раз упомянешь о роде наших с Финном занятий кому-то постороннему, я разрежу тебя на куски и сожгу. И ещё: если ты можешь обеспечить то, что требуется мне или Финну, по нашему зову ты должна будешь сделать это сей же момент, пока я не решу иначе. И никаких вопросов. Все ясно?

Спустя секунду Рослин медленно кивнула. В её глазах плескалось облегчение. Она знала, что допустила ошибку и дешево отделалась.

— Отлично, — рявкнула я. — А теперь иди к Финну, пока я не передумала.

* * * * *

Я отпочковалась от толпы и двинулась к самой верхней точке кладбища. Флетчер Лейн был не единственным моим знакомым, похороненным здесь.

На вершине хребта в тени клена, словно пронзающего небо громадными ветвями, располагались в ряд пять могил. Над ними была установлена каменная статуя. Хотя камень покрывал толстый слоей мха и годами разрушали дождь и ветер, его форма не изменилась. Огромная снежинка. Руна клана Сноу, моей семьи.

Я отвела взгляд от статуи и посмотрела на сами могилы. Надгробие моего отца, Тристана, пострадало от непогоды больше всего. Он умер, когда я была совсем ребенком. Я едва помню его серые глаза, не говоря уж о внешности. Но остальные — их я помню до мельчайших деталей. Эйра, моя мать. Аннабелла, старшая сестра. И Бриа, малышка Бриа. Надгробия украшали руны. Снежинка, лоза плюща и примула, совсем как три моих рисунка.

Я прошла мимо их могил к пятой, в конце ряда.

Женевьева Сноу. Любимая дочь и сестра. Вот что было выбито на камне рядом с датами моего рождения и предполагаемой смерти. А еще руна: маленький круг с расходящимися вокруг него в стороны восемью тонкими лучами.

Руна паука — такая же, как шрамы на моих ладонях.

Я думала, что почувствую что-нибудь, глядя на собственное надгробие и хладную могилу, но ничего не произошло. Внутри воцарилась… пустота, оставшаяся в душе после всех потерь. Сначала семья, теперь вот Флетчер. Меня почти ничто не держит в этом мире.

— Твоя подруга? — раздался из-за спины низкий голос. Я обернулась посмотреть на Донована Кейна.

Детектив стоял в паре метров от меня. На нем был черный траурный костюм, подчеркивающий мышцы. Кейн подошел ближе. Как всегда, он двигался с небрежной уверенностью, что мне так нравилась. Но детектив выглядел худее, чем я помнила. Он осунулся, и на бронзовом лице четче обозначились морщины, словно что-то его мучило. Что-то, о чем он не мог перестать думать. Интересно, не я ли стала тому причиной? Я-то частенько вспоминала о нем за неделю, прошедшую после инцидента в каменоломне.

Донован посмотрел на меня. В ореховых глазах, как всегда, плескались эмоции. Усталость, решимость, любопытство. Кейн оглядел меня с головы до ног, оценивая черный брючный костюм и туфли на низком каблуке, затем перевел взгляд на волосы. Теперь они были цвета шоколада с карамельным мелированием. Джо-Джо подобрала цвет максимально близко к моему натуральному оттенку. Отрастить волосы — это требует времени. Как и многое другое.

Донован прочел надпись на надгробии.

— Подруга? Или жертва?