Я рассказала Софии обо всем случившемся. Карлица ничего не ответила, но на секунду в её взгляде мелькнуло что-то темное и сентиментальное. Возможно, печаль — с Софией точно сказать сложно. По хладнокровию она превосходит даже меня.

Договорившись с Софией, я поблагодарила Джо-Джо за гостеприимство и помощь и пообещала, что Финн переведет ей обычную сумму денег. Встала, снова облачилась в окровавленную блузку шлюхи и разбудила задремавшего в кресле Финна.

— Пойдем, — сказала я. — За ночь нам нужно разобраться ещё кое с чем.

— Например? — спросила Джо-Джо.

Я провела рукой по волосам и зацепилась за слипшуюся от крови прядь.

— Мы кое-что сняли с парней в квартире Финна. Хочу проверить эти вещи, а также посмотреть, что показывают в новостях и что просочилось в прессу. Покушение на жизнь Гордона Джайлса станет грандиозным сюжетом, и нам лучше постоянно держать руку на пульсе.

Джо-Джо кивнула, тряхнув светлыми кудряшками.

— Ладно, только будьте поосторожнее. Флетчер Лейн был одним из моих самых старых и дорогих друзей. Если вам понадобится что-нибудь — все что угодно — просто свистните мне или Софии.

От горькой улыбки лицо напряглось.

— Спасибо. Но не думаю, что вы нам понадобитесь, особенно София. Потому что как только совершивший это человек окажется в моих руках, от него даже препарата для микроскопа не останется, что уж говорить о теле.

На другом конце комнаты София Деверо разочарованно буркнула.

Перед нашим уходом Джо-Джо пообещала заняться похоронами Флетчера. Я была счастлива передать ей эти хлопоты. Мне нужно сосредоточиться на розыске убийцы, а не на вызванных смертью старика переживаниях. Джо-Джо также снабдила меня тюбиками целебной магической мази на случай, если у нас с Финном наутро останутся какие-то боли.

Полчаса спустя, оставив «бенц» в безымянном подземном гараже в нескольких кварталах от моего дома, мы с Финном вошли в мою квартиру. Прежде чем войти внутрь, я проверила здание и приложила руку к камню у входной двери, но вибрации были как обычно низкими и монотонными. Кто бы ни нанял Брута, эта дама не знала, где я живу. В противном случае она бы уже окопалась где-то поблизости. Несмотря на услуги Джо-Джо, я была благодарна за передышку. Сегодня мне и впрямь больше не хотелось возиться с кровью и трупами. Даже у меня есть предел.

Но я все равно перестраховалась, с помощью магии нанеся руны на камень за дверью. Маленькие тугие спиральные завитки — оберег. Прежде чем раствориться в камне, руны замерцали серебристым светом. Если ночью кто-то попытается проникнуть в квартиру, магия активирует руны и прокатится по камню, вызвав резкий писк, способный пробудить меня от самого глубокого сна.

Мы сидели за кухонным столом, изучая бумажники и прочие предметы, изъятые из карманов убитых в квартире Финна мужчин. Я открыла бумажник Коротышки и уставилась на водительское удостоверение.

— Липа, — объявил Финн.

Я внимательно разглядывала заламинированную карточку.

— Как ты понял?

— Печать Эшленда не на той стороне. Она должна быть справа, за пределами фотографии, а здесь она слева и заходит на снимок.

Вдобавок к управлению финансами других людей Финн также неплохо разбирался в документах. Именно он изготавливал все мои фальшивые удостоверения личности и мог проложить такой искусный след из бумаг, что и самый въедливый криминалист бы купился.

Под ворохом бумажников блеснуло что-то золотое. Я подцепила металл пальцами и вытащила цепочку, которую Финн сорвал с шеи Коротышки. С неё свисал небольшой кулон — треугольный зуб с острыми, похожими на пилу, краями, вырезанный из полированного черного агата.

— Как думаешь, что это такое? — спросила я.

— Копеечная мужская побрякушка.

— Да ладно тебе. Давай посерьезнее. Посмотри ещё раз.

Он уставился на кулон.

— Зуб. Нет, погоди, это может быть руна. Зуб… символ силы и процветания. Думаешь, в этом замешан элементал?

Финн покосился на три рисунка на моей каминной полке. Снежинка, плющ и примула. Символы моих погибших родных. Затем опустил взгляд на мою руку и выжженные в ладонях руны паука. Финн знал, что я — элементаль Льда и Камня, хотя я никогда не рассказывала ему о своей семье. Но я не сомневалась, что Финн изучил нарисованные мной руны и узнал, кому они принадлежали. Информация для него сродни афродизиаку. Раскрытие чужих секретов — забавная игра. Флетчер был таким же. Но ни один из них никогда не спрашивал меня о рунах или о моем прошлом.

Не спрашивай и не рассказывай. Единственное правило, которое чтила наша троица.

— Да, в этом замешан элементал.

— Откуда ты знаешь? — спросил Финн.

— В «Хлеву» устроили погром. Перевернутые столы, сломанные стулья, выбитые окна — по залу будто торнадо пронесся. Сдается мне, работа элементала Воздуха. — Легкая удобная ложь. — Но этого символа я раньше не встречала, а мне известны руны всех важнейших семей элементалов в Эшленде.

Точнее, богатейших элементалов. Только они могли себе позволить мои услуги. Одна их кровная вражда могла обеспечить меня работой до конца дней. Члены противоборствующих кланов — например, элементалы Камня и Воздуха или Льда и Огня — редко вступали в браки, разве что в деловых интересах или в единичных случаях злосчастной любви местных Ромео и Джульетт. Эти элементалы всегда стремились к положению в обществе, богатству и власти и наряду с обеспеченными людьми, вампирами, великанами и гномами составляли городскую элиту. Если элементалы не могли получить желаемого за деньги, они пускали в ход магию, и результаты часто оказывались ужасными. Другие тоже этим занимались. В городе были нередки рассветные дуэли. Когда и это не помогало, нанимали кого-то вроде меня, чтобы привести дела в порядок.