— Пока я не имею об этом ни малейшего представления. Я просто слушаю свой внутренний голос, который ведет меня, как Этне порой ведет тебя, — беспечно говорила Марцина. — Каким бы ни был мой рок, он меня не пугает. В отличие от тебя я обожаю загадки, — звонко и задорно рассмеялась Марцина.

— Сегодня свадьба твоего брата, — сказала Лара, — так что мы не должны ссориться, Марцина. И тем не менее ты должна покинуть Хетар вместе с остальными феями.

В глубоких фиалковых глазах Марцины плясали огоньки веселья. Она подскочила к матери и чмокнула ее в щеку.

— Ты видела, сколько здесь собралось красавцев? Я бы не отказалась предаться утехам с несколькими из них.

Калиг усмехнулся.

— Ах ты, маленькая озорная фея! — поддразнивал он. — Постарайся сегодня не разбивать слишком много сердец.

— Мама! — вдруг рядом оказался Колгрим. Облаченный в черный шелк, отделанный серебром, он выглядел чрезвычайно привлекательно. Он поцеловал ее в обе щеки. — Спасибо, что пришла.

— Я всегда присутствую на свадьбах своих сыновей, — сказала Лара. — Дочери мои либо сбегают, либо остаются незамужними.

— Марцина слишком красива, чтобы выходить замуж, — заметил Колгрим. — Я построю для нее отдельный Дом удовольствий с рабами-мужчинами для сексуальных утех в Темных Землях, рядом со своим Домом удовольствий. Там будут жить ее любовники.

— Превосходная идея! — воскликнула Марцина, хлопая в ладоши. — Ты лучший брат, о котором только может мечтать девушка!

Она протянула к нему руки, чтобы обнять и поцеловать.

Лара почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Марцина была самой безрассудной из всех ее детей. Это, полагала Лара, было заслугой Колла. Но ее дочь ни в коем случае не должна объединиться с Колгримом. Бесспорно, он обворожителен, но он не должен увлечь Марцину за собой во Тьму. Нет, не должен!

— Могу я попросить тебя об услуге, мама? — спросил Колгрим.

— Что случилось? — спросила Лара.

Ему требуется ее услуга? Любопытно.

— Марцина уже согласилась быть моим свидетелем на свадьбе, но мне бы хотелось, чтобы и ты была со мной.

Поддавшись первому порыву, Лара едва не ответила ему «нет». Но услышала голос Этне, ее духа-хранителя. Только Лара слышала, когда та говорила с ней.

«Скажи ему «да», дитя мое», — явственно сказала Этне.

«Почему?» — удивилась Лара.

«Потому что это важно для него и очень важно, чтобы ты поступила именно так, — стала уверять Этне. — Доверься мне, дитя мое, как делаешь это всегда». Хрустальная звезда на цепочке Лары сияла золотистым светом.

«Колгрим околдовал тебя, Этне?»

«Нет, дитя мое, он не обладает такой силой. А сейчас ответь ему «да»».

— Я буду рядом с тобой, буду твоим свидетелем, Колгрим, — сказала Лара Повелителю Сумерек.

На его красивом лице отразилась искренняя радость, когда она произнесла это.

— Значит, ты все-таки любишь меня! — восторженно воскликнул он. — Иногда мы с Колбейном разговариваем, несмотря на его заключение. Он говорит, что ты никогда не будешь любить меня, но он не прав. Ты любишь, любишь меня!

— Не испытывай судьбу, Колгрим, — резко прервала его Лара. — Да, я буду твоим свидетелем и с радостью передам тебя Ниуре, но о любви я ничего не говорила.

— Ты бы не приехала сюда сегодня и не повела бы меня к алтарю, если бы не любила меня, — настаивал Повелитель Сумерек.

Лара промолчала. Ей не хотелось спорить и ссориться с ним, тем более что она и сама уже не была уверена, что не испытывает каких-то нежных материнских чувств, когда речь заходит о Колгриме. В конце концов, он ее плоть и кровь. Она была удивлена тем, что ему так важно, любит она его или нет.

— Ты замечательно выглядишь сегодня, мама. Настоящая лесная фея!

— Спасибо, — поблагодарила Лара. Все это было так странно и непривычно. Казалось, это обычный день и обычная свадьба ничем не примечательной пары. Она никогда не могла себе даже представить, что будет стоять рядом с Колгримом, поддерживая его и публично признавая и отвечая любому спросившему, что это ее сын. Однако теперь это уже не имело значения. Те, от кого она скрывала правду, уже давно мертвы, а Хетар оказался перед лицом неминуемой гибели. И скорее всего, когда минует этот день, она уже больше никогда не увидит Колгрима. — Твой отец еще жив? — спросила она его.

— Разве тебя это волнует? — ответил он вопросом на вопрос.

— Нет, — честно призналась она. — Я спросила из любопытства.

— Да, он еще жив, — ответил Колгрим. — Мне сказать ему, что ты спрашивала о нем?

Лара сдавленно засмеялась.

— Тебе нравится причинять ему боль, не так ли?

— Он бросил нас, так же как и ты, — сказал Колгрим.

— Он не бросал вас. Его заточили в тюрьму за нарушение законов равнины снов, — объяснила Лара. — И ты знаешь это, Колгрим. Альфриг спас тебя и твоего брата, отдав вас в семьи, которые не знали ничего о вашем происхождении и вашем титуле, а потому не могли воспользоваться им. Не мог этого сделать и никто другой. Это очень старая история. Теперь ты Повелитель Сумерек.