– Действительно, – согласился Боссейрос. – Но разве тебе так трудно нажать двадцать клавиш?

– Двадцать девять, – уточнил я. – Не то чтобы очень трудно, но зачем делать никому не нужную работу?

– За то время, пока мы с тобой препираемся, – заметил Боссейрос, – ты уже два раза мог заполнить это поле.

– Да иди ты! – воскликнул я и встал из-за стола. – Все, мне надоело участвовать в этом маразме. Можешь выкинуть меня с планеты, если тебе так хочется, да я и сам уйду. Мне у вас не нравится.

– Не делай этого, – произнес компьютер человеческим, то есть нопстерским голосом. И добавил: – Ты прав, координаты планеты можно не вводить, эта информация у меня уже есть. Посмотри на экран.

Я посмотрел на экран и увидел, что форма изменилась – поле для ввода координат планеты исчезло.

– Это досадная ошибка, – сказал компьютер. – Спасибо, что исправил ее.

– Не за что, – пробормотал я и вернулся к консоли. Есть ли у твоей родной планеты твердое ядро – да. Каковы размеры твоей планеты?

– Откуда я знаю, каковы размеры моей планеты?! – воскликнул я. – Я не астроном.

– Напиши, что не знаешь, – посоветовал Боссейрос. – Компьютер задаст вопрос в другой формулировке.

Я написал, что не знаю, какого размера моя планета, а заодно написал, что не знаю, какого размера мое родное солнце, какого оно цвета и какова средняя температура на поверхности планеты. После этого я нажал кнопку ввода информации.

Компьютер выдал новую серию вопросов. Чему равно ускорение свободного падения на поверхности планеты – не знаю. Можно ли смотреть на солнце, не щурясь – я чуть было не написал «нет», но вовремя спохватился и написал «не знаю». Если уж издеваться над компьютером, то последовательно. Способно ли мое зрение различать цвета– не знаю. Есть ли вода на моей родной планете – не знаю.

После того как я снова нажал кнопку ввода, компьютер надолго задумался. Я обернулся к Боссейросу и спросил:

– Компьютер завис?

Боссейрос выглядел удивленным.

– Никогда раньше такого не видел, – сказал он. – Должно быть, твоя планета и впрямь очень необычная.

Я перевел взгляд на монитор и увидел, что компьютер отвис. Теперь он задал только один вопрос, он спрашивал меня, чему равно дважды два. Я ответил «не знаю» и нажал ввод.

Ответ компьютера был лаконичен. «Опрос закончен» – высветилось на экране. Я даже испытал разочарование. Может, и не стоило так грубить…

– Все, – сказал я, обращаясь к Боссейросу, – компьютер удовлетворен. Я могу быть свободен?

– Конечно, – согласился Боссейрос. – Большое спасибо.

По лицу Боссейроса было видно, что он не понимает, что здесь произошло, почему компьютер так быстро от меня отстал, но с формальной точки зрения приказ выполнен, а потому задерживать меня дальше нет оснований.

– Нехорошо издеваться над компьютером, – сказала Эзерлей, дождавшись, пока Боссейрос покинет Интернет—кафе. – Он тебе ничего плохого не сделал.

– А что он пристает с глупыми вопросами? – огрызнулся я. – Я ему ничем не обязан, я приехал в гости к тебе, а на него мне начхать. С какой стати я должен ему рассказывать о своей родине? Он считает, что раз меня сделали гражданином Блубейка, так я ему по гроб жизни обязан, но я его ни о чем не просил. Если я ему не нравлюсь, пусть выкинет меня отсюда, а если хочет договориться – так пусть договаривается.

– Ты собираешься продать информацию о своей родине? – заинтересовалась Эзерлей. – На что ты хочешь ее обменять?

– Понятия не имею, – сказал я. – Да и вообще, я сюда приехал не торговаться, а приятно провести время. Поехали, что ли, к тебе?

– Поехали, – согласилась Эзерлей.

По дороге я сообразил, что Эзерлей едет в свой новый дом, в котором раньше никогда не была. Я поинтересовался, как она узнает, куда надо поворачивать. Оказывается, компьютер все время отслеживает перемещение каждого велосипеда и, если запросить соответствующую услугу, в нужные моменты включает лампочки на руле, которые предупреждают о поворотах.

Новый дом Эзерлей больше всего походил на панельную хрущобу, какими застроена четверть Москвы. Этажей, правда, было не пять, а четыре, и стены были не настолько обшарпаны, как в московских хрущобах. Перед домом не было ни автомобилей, ни ракушек, а дверь, ведущая в подъезд, была стеклянной.

– Здесь не бывает воров? – удивился я.

– Ты, вообще, слушаешь, что я говорю? – в свою очередь удивилась Эзерлей. – Тут есть планетарный компьютер, он следит за каждым шагом каждого нопстера. Как только ты Что-нибудь украдешь, к тебе сразу придут полицейские.