— Гони, коли ничего другого нет… А где Валера — дрыхнет?..

— Как же! — фыркнул Яковлев и красноречиво подмигнул Гале. — Наш Валерочка познакомился с какой-то девушкой, говорит, красавицей, и свалил с ней — куда, не знаю…

Романова внимательно поглядела на мрачное лицо Володи, еле заметно качнувшего головой и, понимающе кивнув ему, с безразличием протянула:

— А-а-а… Ладно, давай твое «Юбилейное», съем и пойду досыпать!

В это самое время, как она совершенно правильно поняла, Валерий Померанцев, оставшийся ночевать у Дениса, с огромным вниманием слушал вместе с Грязновым-младшим занимательное повествование, излагал которое уже добрых пятнадцать минут им обоим Филипп Агеев.

— Ну и холодрыга у вас тут! — Валерий Померанцев красноречиво передернул плечами и, не снимая куртки, присел на стул для посетителей, одновременно положив на стол довольно-таки объемистую папку.

— Как посмотришь, — усмехнулся Турецкий, добродушно глянув на своего подчиненного, — так ты уже числишь себя гражданином Северотуринска! Оно и понятно: четвертая неделя пошла… Или пятая?.. А воз и ныне там!.. Еще чуть-чуть — старожилами станете!

— Неправда ваша! — по-детски горячо воскликнул Померанцев, с упреком глянув на шефа. — Сейчас сами убедитесь!

Он кивнул на папку, а Турецкий, всего лишь безобидно поддразнивающий Валерия, не выдержал и рассмеялся:

— Похоже, пока мы не виделись, ты растерял все свое чувство юмора!

— А также остатки веры в людей, — вздохнул Померанцев.

— Вот и рассказывай вначале своими словами, как это произошло. А уж потом и с папочкой твоей сверимся… Кстати, Денискины бумаги тоже тут?

— Вы же сами так распорядились.

— Точно, сам… Ладно, Валера, я тебя слушаю.

Померанцев коротко рассказал о том, чем именно завершилась слежка Романовой и Агеева за их объектами в Холмах, после чего перешел к итогам недель, проведенных группой в Северотуринске.

— В общем, Александр Борисович, можно сказать, что общая картина у нас сложилась, и никакого оптимизма она не вызывает. Смотрите, что получается: в маленьком и в общем-то симпатичном Северотуринске погоду делает и правит самая настоящая мафия: с одной стороны — криминал (сюда я включаю и «Щит» с его руководителями), с другой — вступившие с ним в сговор представители правоохранительных органов… Схема, по которой действуют, проста: поначалу бизнесменам просто угрожают: по телефону, а возможно, и лично. Я имею в виду в данный момент наиболее преуспевающих, крупных коммерсантов… С мелкой сошкой разделываются и вовсе внаглую: например, как с Меклером и Борисенко. В один прекрасный день к ним заявились здоровенные бычары и предъявили документы, из которых следовало, что помещение магазина, которое те только что отремонтировали, принадлежит вовсе не им, а некоему гражданину Савелию Гаркавенко. Ребята, между прочим, о таком даже не слышали…

— Отыскали этого Гаркавенко?

— Кто — Денис? Конечно, отыскал. Обыкновенный алкаш, который за бутылку подпишет что угодно. О документах, касающихся магазина, ничего не помнит, поскольку в сознание приходит не чаще раза в полгода — по свидетельству его жены… Однако представлял его весьма скользкий адвокатишко из столицы, некто Политковский… Я звонил Юре Гордееву, и он…

— Знаю, с Юрой я разговаривал, передай Денису, если он не в курсе, что отныне Гордеев будет представлять в суде его клиентов, в Северотуринск он наведается через пару дней.

— А он что, уже вернулся от своей западноукраинской красотки?

— Ну и ну! — Турецкий покачал головой. — Надо же, не успели они встретиться, как уже вся Москва в курсе Юриного романа… Вернулся-вернулся… Кудаж он денется от своих клиентов? Давай дальше. Так что там насчет схемы?

— Да… Так вот. Это что касается, с их точки зрения, мелочовки. Крупную рыбу цепляют на крючок старым казацким способом: называется в просторечии шантаж, в УК РФ — вымогательство.

— Статья сто шестьдесят третья, части первая и вторая… — автоматически произнес Турецкий.

— Ага… В нашем случае, первые три пункта второй — а, б и в… до семи лет лишения… А любого современного бизнесмена по нынешним временам шантажнуть всегда есть чем, особенно если ты относишься к числу лиц, приближенных к императору…

— Сдается, мы таким образом добрались до «Щита»?

— Точно… Именно их охранники сопровождают все самые крупные сделки в городе, вообще пользуются доверием у клиентов, во всяком случае, так было поначалу. Сейчас вряд ли: дураков, особенно среди коммерческой части населения, у нас нет — какими бы там анекдотами о «новых русских» ни развлекался народ… Сейчас, насколько я понимаю, всеми заинтересованными людьми правит Страх — после двух убийств бизнесменов, наверняка отказавшихся платить вымогателям. Я имею в виду Кашева и Сергея Корсакова.

Нет никаких сомнений, что Мозолевский к убийствам обоих имеет прямое отношение — так же как и Шмелев!..

На последних словах в голосе Померанцева появились агрессивные интонации, и чуткий Турецкий моментально округлил брови:

— Тебя что-то сгущает в связи со Шмелевым?

Валерий смешался и слегка порозовел.

— Не то чтобы смущает… Просто я не сомневаюсь, что он в точности такой же убийца, как его дружок Мозолевский, а Денис…

— Ты же не хочешь сказать, что Денис покрывает старого знакомого?!