Леська улыбнулась, отчего-то чувствуя себя почти счастливой. И тут она увидела ЕГО. Нет, не прекрасного принца, а всего лишь Олега! Он стоял в компании парней возле ближайшей аудитории и, кажется, рассказывал о вчерашнем несостоявшемся свидании, наверняка, привирая по полной — парни ржали. Олеся испуганно скукожилась, надеясь стать незаметной, как маленькая серая мышка, осознавая, что в своих любимых поношенных пятнистых штанах и серой толстовке на молнии выглядит еще более впечатляюще, чем вчера, но Олег, словно, на зло посмотрел в ее сторону — губы его расползлись в довольной улыбке.

— Бл*, во ржака, вон она, — услышала Олеся и поняла, что это должно быть конец. Конец ее спокойной жизни.

Шесть пар глаз уставились на нее и несколько секунд усиленно изучали, после чего по коридору пронесся взрыв хохота, от которого Леся еще больше скукожилась и поспешила скрыться в аудитории.

Ее трясло. Она села на последнюю парту, в надежде укрыться за спинами одногруппников, но в страхе ожидая, что позор будет дожидаться ее прямо за порогом аудитории. Танька села рядом у прохода, не позволяя кому-то еще умоститься к ним за парту. Но девчонки севшие впереди, не считали, что момент не подходящий для разговоров и дружно обернувшись, уставились на Леську. Громова почти не слушала, что они говорят — до сознания долетали лишь обрывки фраз о том, что она сама виновата, что не так ходит, не так себя ведет и не так одевается, и умрет старой девой одинокой и несчастной. Кажется, Танька кому-то треснула тетрадью по голове и, разразившись потоком брани и в ее адрес, девчонки сердито отвернулись.

Как дотерпела до конца пар Леська не помнила. Чувствовала она себя прескверно, ей даже казалось, что у нее болят живот и голова. Сбежать ей не позволила все та же Танька, заявив, что завтра все равно придется идти в универ и будет только хуже, да и «такой замечательный доклад» пропадет. Зато передвигаясь по коридорам, она теперь чувствовала себя настоящим параноиком, вздрагивая и оборачиваясь на каждом шагу, боясь вновь столкнуться с противным Олегом и его компанией.

— Перестань, — успокаивала ее Танька. — Раньше ведь ты его не видела.

— Ну и что? Раньше я просто не обращала на него внимания, как и он на меня. А теперь сразу заметил и узнал… сволочь, — Олеся уже оделась и теперь нетерпеливо ждала, когда оденется и Татьяна.

— Да ладно, завтра никто уже и не вспомнит, — Танька не спеша натянула куртку и посмотрела на подругу. — Но ведь в чем-то девчонки и правы, а?

— В чем? В том что я умру ворчливой девственницей?

— Нет. В том, блин, что пора прекращать играть в пацана и одеваться нормально!

Леська сморщилась.

— Не могу, понимаешь? Не могу себя заставить… все эти кофтчки, юбочки, каблучки…

— Ну затертые чуть ли не до дыр штаны, конечно, самое то…

Олеся насупилась, но отвечать не стала. В молчании они добрались до остановки и сухо попрощавшись сели каждая в свой автобус.

Добравшись, наконец, до дома, Леська мечтала только об одном — улечься на кровать в обнимку с большим плюшевым тигром и ни о чем не думать или может даже немножко пореветь. Но дома ее ждала Маринка.

— Где ты так долго шляешься? — спросила она возмущенно. — На тренировку опаздываем.

— Может не пойдем сегодня? — заныла младшая сестра. — Настроения нет.

— Пофиг мне на твое настроение. Форму бери и почапали.

Трижды проклянув свое решение заняться танцами, Леська подхватила спортивную сумку.

Вернувшись с тренировки ее едва хватило, чтобы принять душ, после чего она завалилась спать.

Сделав уроки, Леся сидела за компом, гипнотизируя красный цветочек Сверчка. В сети его не было, сообщений от него тоже. Леська пребывала в нерешительности — написать ему или нет. Мага-идиота она уже, конечно удалила, но что делать с остальными не знала: ALEX@RU ее не беспокоил, Сверчка удалить не поднималась рука.

В комнату заглянула мама.

— Там тебя Таня к телефону, — сказала она и бросила хмурый взгляд на компьютер. — Давай-ка, спать ложись.

Леся кивнула, направляясь к стационарному аппарату. Скорей всего, мама болтала с тетей Дашей, Танькиной мамой, с которой они были близкими подругами, а под конец разговора, как случалось уже не раз, Танька вызвалась продолжить общение уже с Лесей.

— Привет, — улыбнулась Леся. — Что ты со мной днем не наговорилась?

— Да вот совсем забыла спросить, как тебе на первом занятие понравилось?

— Почувствовала себя старой и немощной кошелкой, — нахмурилась Леська. То, что она неповоротливая и не фига не выносливая 'кошелка' стало для Олеси весьма неприятным открытием. Даже Маринка как-то поживее прыгала. — Меня дома от перегруза прям вырубило.

— О… и как еще пойдешь?

— Конечно!

— Там есть симпатичные мальчики? — с любопытством спросила Таня.

— Не знаю, — буркнула Леся. — Не рассмотрела, — не говорить же Таньке, что она попросту боялась даже посмотреть в сторону парней — а ну как, один из них окажется дружком Олега. — Там их не очень много было.