— Если б я сам знал… Ваш хваленый Великий Маг пребывает в полной растерянности, Минерва, — стянул с носа очки и принялся протирать их полой мантии, — Рубеусу только не говори. Не дай Мерлин, явится с ведром бренди лечить от депрессии.

— Альбус, вы меня пугаете.

Директор водрузил очки на место и развел руками.

— Извини в очередной раз, — провел пальцем по краю думосбора, туда-сюда. — Я думал о Гарри. Мальчик растет.

Минерва снова насторожилась.

— Разумеется, ему уже семнадцать.

— Всего семнадцать, дорогая. — Он вдруг с силой стиснул резной край чаши, словно намереваясь раздавить каменный сосуд в пыль. — Мерлин мой, если б ты знала, до чего мне не хочется бросать мальчика в эпицентр грядущего кошмара! Помыслить страшно, через что ему предстоит пройти, и сколь мала надежда…

— Надежда? — Минерва невольно снизила голос до шепота. — Надежда на… победу?

— Надежда на то… — Альбус внезапно охрип, — …на то, что Гарри выживет.

Она резко поднялась, едва не опрокинув кресло.

— Святая Медана, Альбус!!! Скажите, что это шутка! Иначе я самолично приведу сюда Рубеуса с ведром!

— Сядь, пожалуйста. Я не шучу. — Директор тяжело вздохнул и подтолкнул к ней думосбор. — Я собирался поручить это Северусу, но у него, в связи с рождественскими событиями, куда меньше шансов довести дело до конца. Гарри должен узнать правду лишь в последний момент, Минерва, перед решающей встречей с Томом, иначе у него просто может не хватить мужества до нее дожить. Боюсь, Северус к тому времени будет… недосягаем.

— Недосягаем? — страшным шепотом переспросила Минерва. — В каком смысле — недосягаем? Что вы собираетесь…

— Не я. Том. — Взгляд Альбуса на секунду обрел былую властность. — Сядь, Минерва, прошу тебя, и постарайся успокоиться. Для того, что я собираюсь тебе показать, необходима ясная голова.

Она медленно опустилась в кресло. Хорошо, Альбус, я спокойна, почти спокойна, ведь у меня куда больше поводов для оптимизма, нежели у тебя. Что бы ты там ни припас в своем думосборе, Команда найдет способ с этим справиться. Вы ничего, ни-че-го-шень-ки не знаете, господин Одиночка.

— Я готова.

Два зеленых китайских шарика растворились в воздухе, но отзвук мягкого звона остался, словно не желая уступать уютное пространство комнаты тишине. Гарри искоса взглянул на учителя и откупорил высокую квадратную бутыль с желтой этикеткой.

— Северус?

Снейп протянул руку за бокалом.

— На сей раз без трансфигурационных фокусов?

Тот пожал плечами.

— Странный факт, но при идентичных характеристиках натуральный продукт ценится куда выше. Мне показалось, Гордонс нравится вам больше других.

— Правильно показалось, только такими темпами мы с тобой элементарно сопьемся. — Он сделал небольшой глоток и прикрыл глаза, — Поттер, если в твоем арсенале завалялась еще пара-тройка подобных секретов — лучше сразу отправь меня в Мунго.

— Клянусь, это последний. — Гарри с тревогой смотрел на подрагивающий в руке профессора бокал. — Северус, у нашего плана отличные шансы…

— Я не хочу слушать про шансы, Поттер. Я хочу гарантий.

— Теоретически…

— К черту теорию!

— Ладно. Раньше уверенности не было, но в субботу у нас появилась возможность проверить. Джин и Чо двенадцать часов удерживали меня при фактически нежизнеспособном организме.

— Поттер, речь идет об аваде!

— А что авада? Заклинание, которое вырывает из тела душу и сознание, отключая заодно все жизненные процессы. Дементор плюс мгновенный яд. Внешние ментальные привязки сумеют уберечь личность объекта от путешествия в иные миры, а с телом справится банальный эннервейт. Главное здесь — не упустить время, у маглов продолжительность клинической смерти без особых последствий для организма — пять-шесть минут. Или придется накладывать общий стазис, что не есть хорошо.

Снейп некоторое время размышлял, прихлебывая джин.

— Если не ошибаюсь, хоркрукс, в отличие от тебя, никто не держал, тем не менее, он на месте и невредим, так? Где же гарантия…

— Северус, — мягко перебил Гарри, — его держал я.

Бокал со стуком приземлился на стол, расплескав содержимое по светлой полировке. Мальчишка невозмутимо убрал лужу и долил в опустевшую емкость джин.

— Поттер, ты меня в гроб вгонишь.

— Я не специально. У хоркрукса имеются собственные защитные механизмы. Едва запахло жареным, он вцепился в меня клещом, и тратить силы на сопротивление я посчитал нерентабельным.