— Я согласен быть Крэббом, — быстро сказал Макмиллан, чем заслужил солнечную улыбку своей красавицы.

— Сожалею, мистер Макмиллан, но Крэбб достался мне. — Минерва аккуратно сложила бумажку и бросила ее в камин. — Ваша роль в спектакле, учитывая Багдад, и без того велика.

— Массовка нужна… — Макмиллан торопливо развернул свой жребий, протянул Минерве. — Вот, Трэверс. Хотите?

— Нет, нет, нет, я просто мечтаю почувствовать себя безмозглой горой мяса весом в двести сорок фунтов. Северус, а кем будешь ты?

— Полагаю, собой. Или Люциусом, на худой конец…

— Иииййййессс! — Лонгботтом с таким энтузиазмом затряс бумажкой, что едва не опрокинулся вместе с креслом. — Нагини!

— Что? Мы разыгрывали Нагини? — Фред со стоном сполз на ковер и сложил руки крестом на груди. — Яду мне, яду…

— Поосторожней с просьбами, мистер Уизли, вы в гостиной зельевара. — Снейп оглядел счастливого Лонгботтома. — Хотя, должен признаться, я бы многое дал за возможность лично уничтожить эту тварь. В конце концов, меня собирались ей скормить. Мистер Лонгботтом, помнится, вы планировали ангажировать меня в качестве рецензента?

— Профессор… ну без ножа ведь режете…

— Умейте расставлять приоритеты. Будущая карьера или сиюминутное удовольствие расправиться с Нагини ‒ выбор вполне справедливый.

— Шантаж, — вздохнул Лонгботтом.

— Слизерин, — проворчала Минерва.

— Азкабан, — поправил Финниган.

— Прошу прощения?

— У меня Руквуд и Азкабан. — Финниган показал ей свой листок. — Азкабан мы тоже разыгрываем, потому что специалистов по этому заведению в Команде нет. Гарри, а почему он в комплекте с Руквудом?

— Есть разница, с кем?

— Стоп, — шлепнул ладонью по подлокотнику Снейп. — Зачем нам Азкабан?

— Как зачем? Чтобы Образ для Га…

— Понял. Лонгботтом, выдыхайте, шантаж пока отменяется. Поттер, в Азкабан иду я.

— Почему вы?

— Потому что провел там почти два года.

Полюбовавшись на враз посерьезневшие лица, Снейп расслабленно откинулся в кресле, скрестил руки на груди. Переживают, паршивцы. До чего же приятно, черт возьми.

— Не в качестве сидельца, господа. Сразу после школы по протекции Абраксаса Малфоя меня приняли на должность подмастерья в алхимическую лабораторию Отдела Тайн. Это был разгар Первой Магической ‒ можете себе представить, какого рода заказы у нас там превалировали: усыпляющие брызги, оглушающие эфиры, разновидности Веритасерума, жидкое Империо и прочая военная прелесть. Испытывались зелья на заключенных… Не морщитесь, мисс Грейнджер, воры и убийцы шли на сотрудничество вполне добровольно и, уверяю вас, отнюдь не бесплатно.

— Это… Освенцим!

— Обычная практика. При мне никто не умер и даже не заболел.

— Откуда вы знаете?

— Должно быть, я вас разочарую, мисс Грейнджер, но молодой специалист в конторах любого уровня мало чем отличается от мальчика на побегушках. Именно мне приходилось недели напролет проводить в обществе испытуемых, отслеживая их самочувствие и поведение на предмет выявления побочных эффектов. Избавиться от этих малоприятных обязанностей можно было, лишь получив степень Мастера. Поверьте, я не пожалел усилий.

— Вы их никогда не жалеете.

— Отнюдь, Поттер, мои усилия дорогого стоят. Вернемся к Азкабану. Благодаря своему лаборантскому прошлому я хорошо знаком с его архитектурой и порядками, так что вам, мистер Финниган, придется довольствоваться Образом Августуса. Мистер Джордж, понадобится амулет Кэрроу ‒ я пойду как невыразимец, а они предпочитают артефакты Патронусам. Мисс Эджкомб, надо раздобыть предписание Аврората…

— Сэр! — Поттер поднял руку. Снейп с изумлением понял, что в исполнении мальчишки этот стандартный школьный жест он видит впервые за семь лет. — У нас же есть Образ дементора.

— Гм. И впрямь, к чему огород городить… хотя… — Он вспомнил ночь дуэли с Карнифициумом и внутренне содрогнулся. — Дементоры ‒ не инфери, Поттер. Они мыслящие создания, повстречав новичка, обнюхиванием не удовлетворятся.

— Фигня, сэр, обыкновенные вечно голодные эмпаты. Завесьтесь окклюментивным щитом на тему «Есть хочу» ‒ и будете в доску свой.

— Откуда…

— Пробовал.

Минерва вздрогнула, расплескала горячий чай себе на колени и выругалась свистящим шепотом. Молодежь единодушно изобразила глухоту. Снейп с тоской подумал о Гордонсе.

— В гроб ты меня вгонишь, поганец чертов…

— Да ладно, что такого-то? Я ж не один, вся Команда тогда развлекалась. Помните, бешеный дементор не пустил вашу делегацию в Азкабан? Это мы бедолагу напугали, что Риддл наобещает с три короба, а после голодом заморит. Поверил. Существа они, конечно, мыслящие, но наивные и легковерные до идиотизма. Он даже не заметил, что мы все одинаковые ‒ у меня ж только один слепок был, с Литл-Уингинга. Звал с собой в Азкабан перекусить, и мы б полетели, но очень спать хотелось ‒ Алакритаса еще не изобрели…