— Правда, что твои раны все-все зажили? — сказал Гарри, пытаясь просунуть руку ему под мантию.

— Гарри, — вздохнул Снейп. — Мы не должны. Перестань.

Его губы слегка коснулись щеки Гарри возле уха.

— Приходи завтра, — прошептал он. — Мы поищем книгу про Мерлина.

— Хорошо… Может, мы ее найдем… завтра.

— Или послезавтра…

— И после-после… — Гарри коснулся губами подбородка учителя.

— Уйди, Гарри. Или я за себя не отвечаю, — пробормотал Снейп.

Сегодня Мерлин исполнил целых два желания Гарри.

*

Глава 3. За спиной у Дамблдора…

Северус Снейп мрачно мерил шагами ночные коридоры Слизерина. Его фигура в черной мантии отбрасывала на стены зловещую тень. Его мысли были не менее мрачными.

«Ты глупеешь на глазах. Тебе подсыпали какую-нибудь дрянь на собрании у Лорда? Или тот чертов гиппогриф выклевал тебе мозги? Все, что происходит с тобой в последнее время…

Ты теряешь контроль над происходящим. Позволяешь себе расслабляться, выходишь из доверия и Риддла, и Дамблдора, у тебя нет ни унции стоящей информации ни для одного, ни для другого. Охраняешь жизнь Поттера? Раньше тебе это не мешало. А теперь мешает даже спать.

Глупейшая история с девчонкой. Мало того, что до сих пор ничего о ней не узнал, еще и испортил всю игру! Часами болтаешь с Поттером о какой-то чепухе, и не можешь найти подход к девчонке. Ты спугнул ее! Неужели нельзя было просто поговорить? Не наложил Obliviate сразу, а что если она что-то вспомнит?

И ты вообразил себя защитником Поттера? Вместо того чтобы учить мальчика окклюменции, читаешь ему Верлена? Спаиваешь маггловскими винами? Ты хочешь, чтобы Альбус вытянул из его воспоминаний все эти далеко не невинные разговоры, шутки, взгляды, прикосновения? И что же дальше?»

Часы на башне глухо пробили три удара. С портретов донеслось недовольное ворчанье.

В его мыслях опять заспорили голоса:

«Будь терпелив, старый козел. Дай мальчишке закончить школу…» — «Он сам, сам напрашивается! На ловца и зверь…» — «Ты сядешь в Азкабан, кретин».

— Третий час ночи. Нам вообще дадут поспать? — безнадежно простонал какой-то портрет.

*

Гарри почувствовал, что что-то изменилось. Он так ждал, так ждал этого вечера! И что же…

Северус Снейп сидел в своем большом старом кресле. Он был бледнее обычного. Гарри показалось, что он выглядит почти больным. Он не помог Гарри снять куртку, как в прошлый раз. Даже не предложил чашку чая.

— Поттер, — его голос звучал глухо. Выражение лица казалось непроницаемым.

— Опять вы!.. — в голосе Гарри прозвучало такое неприкрытое разочарование, что Снейп вдруг растерянно моргнул. Гарри почудилось на лице профессора какое-то виноватое выражение, которое почти мгновенно исчезло.

— Это должно означать приветствие, я так понимаю, — сказал Снейп.

— Северус, пожалуйста… — начал Гарри.

— Я знаю, что я Северус. Но для тебя я профессор или сэр. Должен быть, — чуть мягче сказал он.

Гарри подошел к камину. Он опустился на ковер возле профессорского кресла и невидяще уставился в огонь. Снейп сидел закинув ногу за ногу. Одной рукой он задумчиво подпирал подбородок, другая машинально гладила старую обивку кресла.

— Я никогда не назвал бы тебя Северус при ком-то, — сказал Гарри. Его губы предательски дрожали.

— Вас, — поправил Снейп.

— О! Еще лучше. Значит, в прошлый раз мы перешли на «ты»… и все такое прочее, — Снейп при этих словах подозрительно прищурился, — только потому, что вы раздавили пару рюмок коньяка и раскисли? — рассердился Гарри.

— Гарри. Послушай меня, — устало сказал Снейп. — Я не хочу с тобой играть. Я не хочу тебя обманывать. Если наши с тобой отношения начнут выходить за рамки дозволенного, это кончится очень и очень печально. Если меня посадят в Азкабан, я не смогу тебе помочь в борьбе с Сам-Знаешь-Кем. Я не смогу продолжать свою работу против Темного Лорда. У меня слишком много незавершенных дел, чтобы позволить себе расслабляться в тюрьме. Я почти нашел рецепт зелья, Отбирающего Магическую Энергию. Это единственная надежда его победить, не толкая тебя под Аваду. Я много чего еще не успел, Гарри… А ты — понимаешь ли сам, чего ты хочешь от меня?

Снейп не видел лица Гарри. Тот молча смотрел в огонь. Но когда мальчик повернулся, Северус увидел на его щеках мокрые дорожки слез.

— Ты хочешь сказать, что считаешь меня ребенком, — сказал Гарри. Он вскочил. Его начало трясти. — Значит, я достаточно взрослый, чтобы сражаться с Волдемортом, да? Я достаточно взрослый, чтобы воевать со злом один на один, и, может быть, умереть? Умереть, и никогда не узнать, что такое секс, что такое любовь, — потому что это привилегия тех, кто живет себе спокойно, кому не грозит ни Авада ни Азкабан! Они могут спокойно трахаться, размножаться как кролики, а меня с детства дрессировали и натаскивали на Волдеморта! Зачем такому как я какие-то чувства?!! Я, видите ли, ребенок! Ты боишься Азкабана, ты заранее просчитываешь, что будет если, да? «Профессор Снейп», «сэр!» Иди ты к черту, сэр!