– За революцию, – произнёс Стас, присасываясь к желанному напитку.

– Какую хоть революцию? – спросил Жора.

– Какую, какую? Революцию любви и тела. Как хлеба и зрелищ, так тела и любви.

Пропустив через себя очередную порцию философического юмора, столь редко извергаемого Стасом, друзья, ударив бокалами, принялись за пиво.

Бокал за бокалом, песня за песней. Анекдоты и шутки. Время шло своим чередом, студенты отпрыгивали танцы с перерывами на пиво и туалет.

Заметив в очередной раз, что пиво кончилось, Антон решил помочь измученным жаждой собратьям и отправился к стойке бара. Присев на высокий стул, он посмотрел на бармена, нежно воркующего с пассией в углу. Бармен вскоре заметил Антона и подскочил к нему. С трудом объяснив из-за шума, как говорят, «на пальцах», заказ, Антон продолжал ждать исполнения желания, глядя на медленно извергающую пену пиво-машину.

– Что заказал? – послышалось где-то сзади над ухом.

– Как всегда, – ответил Антон, автоматически поворачиваясь, дабы разглядеть собеседника.

Жанна стояла за плечом довольно близко, чтобы было слышно. Она, прищурив глаза, что-то высматривала на красочных полках бара.

– Ты что-то хочешь заказать? – смущённо спросил Антон.

– Нет, так просто. Может, тебе помочь?

– Спасибо, но я справлюсь. Пару ходок – и всё, бокалы не лёгкие.

– А мне ты можешь помочь? – спросила Жанна.

– Интересно, как? Хотя, если это в меру моих возможностей, то почему нет?

– В меру. Ты же танцевать умеешь. Пошли?

– А как же заказ?

– Не пропадёт твой заказ.

Она подошла к бармену, о чём-то переговорила и, взяв за руку Антона, потащила его на танцпол.

– Это же энергичный танец, – прокричал Антон Жанне, глядя на тающий в дымном тумане диванчик с сидящей Лерой.

– А у тебя что, энергия закончилась? Я тебя не узнаю. Не бойся, сейчас будет медленный танец, я заказала, – с гордостью сказала она, как будто ей тут всё было по плечу.

Повинуясь желанию Жанны, Антон двигал измученным дневной работой телом. Быстрый танец действительно закончился, и они закачались под медленную композицию. Жанна всё сильнее впивалась в тело Антона. Понимая, что сопротивление бесполезно, он повиновался. Но через плечо Жанны он глядел на Леру, и время казалось ему долгим и утомительным. Когда всё закончилось, Антон, поблагодарив Жанну, вернулся к стойке бара, где уже был приготовлен заказ. Доставив пиво друзьям, он почувствовал усталость и захотел присесть. Вся компания была в сборе, хотя публика в зале заметно редела. Пришедшая следом за Антоном Жанна что-то бурно обсуждала с Жорой, Стас на краю дивана обрабатывал свою очередную жертву, Лера задумчиво теребила кнопки своего телефона. Антон предложил ей потанцевать под звуки медленного блюза. Она устремилась в его объятья, как будто ждала этого предложения весь вечер и не желала в очередной раз упускать свой шанс. Уловив окончательно ритм, сближались их тела и руки. Его губы слегка касались её лба. Антон чувствовал свежий запах её волос. Щека к щеке, нос к носу, глаза в глаза. Сердца нервно бились.

– Ты красиво танцуешь, – сказал ей на ухо Антон.

– Спасибо, музыка хорошая, только жарко, – ответила она.

– Да, пиво выходит, не дойдя до пункта назначения, – отвечал он, не зная, что говорить. О чём говорить в тот момент, когда хочется говорить именно с ней и только с ней? Быть может, сейчас перед ним та, о ком мечтал, а слова вылетали из головы. Оставались слова не нужные, не верные.

Последние такты подводили танец к концу.

– Я хотел пригласить тебя прогуляться по свежему воздуху, если ты не против, конечно, – пересилив страх и собравшись с мыслями, предложил Антон.

Пауза, затянувшаяся на несколько секунд, показалась ему вечностью.

– Не против. Тем более, если воздух действительно свеж, – иронично ответила Лера, посмотрев в его глаза.

Если секунду назад ему хотелось провалиться сквозь землю, то теперь хотелось взлететь вверх и, облетев вокруг земли, взять её за руку и выйти в мир – мир счастья и любви.

Улица встретила Антона и Леру приятной прохладой, ещё недавно казавшейся холодом. Редкие пары влюблённых и охмелевшая одинокая молодёжь что-то бурно обсуждали возле клуба. Тело Антона дрожало то ли от прохлады, то ли от страха. Глубоко глотнув воздух, он взял её за руку как бы невзначай, боясь и стыдясь столь простого поступка. Тонкие холодные пальцы, нежная кожа. Ритм пульса, вплетающийся в ритм его сердца, ускоряющийся и замедляющийся в поисках сокровенного резонанса, – это немаловажная мера рождения чувства, которое усиливалось от прикосновения ладони к ладони. Она не забрала руку, напротив, немного согнула пальцы, как знак непротивления. Как будто зажёгся зелёный свет, столь долгожданный для измученного долгим ожиданием водителя автомобиля судьбы. И они неспешным шагом отправились в ночь. Казалось, куда теперь спешить? Теперь дорога была для них необитаемым островом, пригодным для излития ощущений нежности. Тени деревьев указывали им путь, редкие фонари соперничали с лунным светом. Мысли Антона сбивались в одно: это она, та единственная, та, с которой хотелось забыться навсегда.

– Какая тихая ночь, – её слова прозвучали неожиданно, но желанно для Антона.

– Тихая и тёмная, – автоматически ответил он, встряхивая сознание.

– Мне очень нравится вот так гулять по городу ночью, когда никого нет на улице, только в редких окнах горит свет.

– Вероятно, там кто-то собирается на ночную смену или пришёл с неё. В этом беззвучном пространстве есть что-то демоническое, и гулять одному скорее будет страшно и не очень весело.

– Может быть, ты прав, но мне сейчас не страшно, я ведь не одна. Просто когда вокруг много людей, машин, хочется именно таких ощущений.

– Можно и днём уединиться, только надо место подходящее найти, за городом, например, в комнате, а лучше – во сне.

– Сны тоже бывают невесёлыми. Как проснёшься, так и настроения нет. А уединиться днём сложно, то работа, то вечное обустройство жизни. Все время надо куда-то бежать и что-то делать, сама не знаю, зачем и почему.

– Ну, наверное, чтобы улучшить своё жизненное пространство, чтобы было легче и интересней проводить свободное время.

– Вот-вот, только его-то и не остаётся в итоге. А так хочется, как ты говоришь, за городом просто лечь на траву и смотреть на звёзды.