Лишь один человек не принимал участия в общей суете. Драко Малфой с безразличным видом размазывал по тарелке овсянку. Он вообще не хотел идти есть, но друзья заставили — Винс и Грег просто подхватили его и понесли, не обращая внимания на вялое сопротивление. Панси с Блейзом не знали, что и думать. Вчера вечером, незадолго до ужина, их друг вернулся от профессора Снейпа и заперся в своей комнате, игнорируя их призывы и угрозы. Вот и сейчас он сидел молча и, казалось, пребывал где-то в другой реальности.

— Представляете, что вчера Поттер учудил? — к ним подсела Миллисента, только что выслушавшая главные сплетни Хогвартса. Малфой мысленно застонал. «Опять Поттер!». Однако остался сидеть с безучастной миной. А вот Забини с Паркинсон с интересом в глазах подались вперед, готовые слушать дальше. Слизеринка довольно улыбнулась, выдержала паузу и выпалила на одном дыхании:

— Он вчера поймал в подземельях двух хаффлпафцев, которые хотели устроить нам ловушку.

Панси сразу же заскучала, а вот Блейз все еще вопросительно смотрел на Миллисент. Та усмехнулась и понизила голос:

— Только вот незадача: даже однокурсники этих двоих ничего не знали о готовящейся ловушке. Все придумано было спонтанно и в строжайшем секрете, — девушка обвела слушателей многозначительным взглядом, давая время усвоить информацию. Даже Драко оторвал взгляд от овсянки и прислушался.

— То есть, никто не мог их заложить? — Блейз, как всегда, делал правильные выводы. Слизеринка согласно кивнула.

— Именно. А Поттер как-то об этом узнал. Видать, правду говорил тогда, что все узнает и непременно накажет.

Над столом повисла тишина. Подобная осведомленность гриффиндорца была необъяснима и даже немного пугала. Ведь одно дело — угрозы, другое — их исполнение.

— Но ведь с хаффлпафцами ничего не случилось, — прогудел Гойл, который решил внести свою лепту в разговор. Многие посмотрели на него с удивлением — не привыкли слышать, как он разговаривает, а Крэбб согласно кивнул.

— И ничего не случится, — присоединилась к обсуждению девочка с третьего курса.

— То есть?

— Я слышала, как Лонгботтом объяснял другим грифам, что ничего страшного не случилось, а парни и так страху натерпелись, да еще один пострадал от собственной ловушки, поэтому Поттер считает, что нет нужды наказывать их.

— Фех. Как слизеринцы — так публичное наказание, а другие факультеты щадят, — кто-то в середине стола презрительно фыркнул.

— Ой, ли. Я слышал, что на тех, кто напал на нашего, целый месяц будут испытывать изобретения братьев Уизли, — это уже мальчишка со второго курса. Тут же началась бурная дискуссия, в центре которой была фигура Поттера, так что Слизеринское Трио дальше не стало слушать. Панси с Блейзом выжидательно уставились на Драко, но тот лишь подавленно вздохнул и вернулся к овсянке. Паркинсон недовольно нахмурилась и уже намеревалась вытрясти из друга душу, но Забини ее остановил. Юноша знал, что пока Малфой не будет готов, он и слова не проронит. Им оставалось лишь терпеливо ждать, пока наступит это время. Конечно, можно было еще напоить друга Веритасерумом, но для этого нужно было обокрасть Снейпа, что приравнивалось к самоубийству.

* * *

Солнце тепло пригревало, но не палило. Все-таки уже наступила осень, и без теплой мантии можно было легко простудиться. Впрочем, ему сейчас было все равно. Не хотелось сидеть в замке, вот он и сбежал к озеру, чтобы посидеть в одиночестве и подумать. Ему просто необходимо было спокойствие и тишина. Благо, около Запретного Леса мало кто осмеливался ходить, поэтому именно в этой укромной бухточке не было ни души. Это было его секретным убежищем, где можно не опасаться вторжения чужаков.

Юноша устало вздохнул и прислонился спиной к нагретому камню. Ему было необходимо усвоить всю информацию, которую вывалили на него вчера трое мужчин. Впервые за долгое время Драко чувствовал себя маленьким ребенком, которого обманули и не посвятили в тайну. Если бы он был менее шокирован, то обязательно обиделся на отца. Только его так огорошили, что юный Малфой вернулся в свою спальню, почти ничего не соображая, и мгновенно уснул. Утром, когда он проснулся, отчаянно пожелал, чтобы все произошедшее оказалось сном. Увы, реальность была слишком жестока, чтобы потакать его желаниям. Как Драко хотел посоветоваться с друзьями! Но не мог. Потому что не был уверен, что они случайно не проболтаются своим родителям о том, что смогли узнать.

«Поттер создал третью сторону. Поверить в это не могу. Это гриффиндорское чудо, которое всегда полагалось на помощь других, никогда не имело собственного мнения, внезапно решило идти против двух самых могущественных волшебников столетия…». Драк помотал головой. Все-таки это казалось ему сном. Только факты были налицо — его защита, публичное выступление Поттера, наказание слизеринцев, их фривольные беседы без прежней ненависти. «Поттер изменился. Мир изменился. Как ни смешно это звучит, но мой маленький мирок перевернулся с ног на голову из-за Золотого Мальчика, который внезапно проснулся и решил действовать».