Но сегодня замок готовился встречать не врага, стремящегося ворваться за стены силой или хитростью, а новых учеников. Флаги трепетали на ветру, стены были освещены магическими огнями, в небе переливалось сияние, которое я считал возможным увидеть разве что за Полярным кругом.

Хагрид дождался, пока из последних лодок не высадятся на берег новички, и трижды ударил кулаком в ворота. Ворота застонали, как будто в них лупили тараном, и со скрипом открылись. Встречать нас вышла высокая суровая женщина в изумрудном платье.

— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — сообщил ей Хагрид.

— Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница. — Я их забираю. Следуйте за мной.

Профессор повела нас по коридору. Гермиона откровенно удивлялась и восхищалась всем увиденным: высокими потолками, магическими огнями, живыми картинами. Драко старался держать себя «как и подобает истинному аристократу», но чувствовалось, что он поражен. А вот Дафна, казалось, полностью отключилась от восприятия окружающего. Видимо, сенсорная нагрузка на Видящую оказалась слишком велика. У меня же возникли свои проблемы. Едва войдя в ворота, я ощутил давящее сканирование. Замок хотел знать, кто входит под его своды. Я затаился за мощнейшими щитами, подставляя под сканирование память тела и магию крови. Через несколько секунд сканирование прекратилось. Я был признан достойным. Заодно решилась и еще одна проблема: теперь любой, кто обратится к магии Хогвартса, увидит не демона по имени Ксенос Морион, а Гарри Поттера.

— Кай, тебя посчитали?

— Нет. Я ведь не даром — Скрытная. А вот Силь, кажется, заметили.

— Жаль, но ничего не поделаешь.

Профессор провела нас мимо двери, за которой гудело множество голосов в маленький зал, где объяснила, что следующим событием в нашей жизни будет распределение по факультетам. После этого она посоветовала нам хорошенько подумать, и ушла, сказав, что «вернется, когда все будет готово к нашему появлению».

Хотя профессор просила «вести себя тихо», тишина после ее ухода продержалась не более минуты. Дети, переполненные впечатлениями, стали ими делиться. Основной темой было грядущее распределение. Причем встречались весьма причудливые варианты, на фоне которых зачет по схватке с троллем смотрелся вполне себе обыденно.

В какой-то момент через гудящую толпу протолкался рыжий мальчишка. Ну вот, похоже, пришло время для знакомства с Рональдом Уизли.

— Ты — Гарри Поттер?

Интересно, как он меня вычислил? Хотя... Кажется еще на платформе эта рыжая голова мелькала рядом с нашим великаном. Ах, Хагрид, простая душа, так подставил...

— Допустим, что я.

— Я — Рон, Рон Уизли.

— Очень приятно.

— Не думаю, что тебе стоит общаться с детьми Пожирателей Смерти. У них... не слишком хорошая репутация.

Драко собирался вспылить, но я остановил его взглядом. То, что у меня это получилось — говорит о высоком интеллекте и хорошем самоконтроле наследника семьи Малфой.

— Извини, но я привык сам определять круг своего общения. И в данной ситуации я, пожалуй, предпочту не изменять этой вредной привычке. — И я повернулся к Драко, полностью исключив рыжика из сферы своего внимания. Тот некоторое время хватал ртом воздух, а потом пропал в толпе. Похоже, второй раунд матча Поттер-Уизли опять остался за мной.

Распределение

Вернувшись, профессор МакГонагалл застала нашу толпу в гораздо более взвинченном состоянии, чем до ухода. Если предполагалось, что мы успокоимся и обдумаем свои предпочтения — результат был скорее обратный ожидаемому. Но, если учитывать визит приведений, стоит предположить, что хотели достичь совершенно другого — вывести нас из равновесия, сбить привычные щиты. И эта цель оказалась достигнута почти в полной мере. «Почти» — потому что, кроме меня еще, по крайней мере, один человек пребывал в состоянии спокойной отрешенности. Естественно, это была Дафна. Сенсорный шок, в который повергло Видящую созерцание Хогвартса изнутри, превратил живую, веселую и довольно ехидную девочку — практически в мраморную статую. Не понимаю, как она в других вариантах ухитрилась пережить Распределение, не упав в обморок? Потому как подпитывать ее Силой пришлось довольно интенсивно.

И вот мы вошли в Главный зал Хогвартса. Все выглядело так же, как и было описано в моей путеводной книге: высокий потолок, заклинанием превращенный в имитацию неба, четыре стола четырех факультетов и стол преподавателей. Отличалось только одно: в том, что другим представлялось знаменитой Распределяющей шляпой, я практически сразу разглядел боевой шлем с кольчужной бармицей. Правда иллюзия была наложена достаточно качественная, чтобы тот, кто брал ее в руки, ощущал мягкий фетр, а не холодную сталь.

Пока распределяли первых в списке, я обратил внимание, что волнение Гермионы уже отчетливо переходит в страх.

— Спокойнее, Герми. Это всего лишь старая шляпа.

— А если меня не направят на Гриффиндор?

— Ну и что?

— А ты?

— Я постараюсь договориться со шляпой, чтобы меня отправили на тот же факультет, что и тебя.

— Грейнджер, Гермиона. — Голос профессора МакГонагалл заставил Гермиону вздрогнуть.

— Иди. Ты — сильнее страха. Вперед.

Такой малости оказалось достаточно, чтобы Гермиона прошла к табурету, на котором лежала Шляпа уверенной твердой походкой. Как я и ожидал, как только артефакт оказался на ее голове, на весь зал прогремел вердикт: «Гриффиндор!»