Ну что ж, придется исправлять свои ошибки и неблагодарность.

Приняв такое глобальное решение, Снейп со спокойной совестью плюхнулся на стул и принялся уничтожать дары данайцев, уже не боясь отравиться. Опасался он только, что переест, так как оторваться было невозможно — сущее наслаждение есть свежую горячую пищу. Даже в Хогвартсе так не кормили. И вообще, настоящий вкус еды он почему-то почувствовал лишь сейчас, в спокойной, знакомой, своей обстановке.

В Хогвартсе он завтракал очень рано, одним из первых и старался уйти до того, как появятся его враги с соседнего факультета, к тому же на весь день запасался бутербродами, кусками пирога или булками, чтобы спокойно перекусить потом в лаборатории Слагхорна, и вся эта сухомятка ему сильно опротивела. Но что поделать — нормально поесть можно было лишь когда эти придурки убирались из Большого Зала, торопясь заняться своими секретными делами. Ну, или в компании Мальсибера и Эйвери, если ему удавалось растолкать этих двух сонь. Обычно они опаздывали на завтрак и потому просто пропускали его.

Подчистив офигительно сочное, пряное, пахучее, ярко-желтое, как лепестки подсолнуха, карри, слопав половину принесенного пирога и закусив булочкой и грушей, осоловелый Снейп сунул остатки в холодильник и лениво поволокся в свою комнату. Раскрыв походный набор зельевара, подаренный на Рождество Люциусом и Нарциссой, он принялся изучать имеющиеся ингредиенты.

Северус, как и многие знающие маги, очень не любил долги. И, несмотря на то, что директор настаивал на том, что Поттер спас ему жизнь в Визжащей Хижине, так и не признал этого Долга. Ну и так как был он магически посильнее ненавистного гриффиндорца, то и Долг навязать ему не удалось. Ну не считал Северус, что его спасли! Еще неизвестно, что было бы да как...

В данный момент он был весьма озадачен выбором подарка, потому что отблагодарить мог только продукцией собственного изготовления — больше в доме ничего особо ценного не было.

Смешать, что ли, Петунье какие-нибудь духи? Хотя... запах — это индивидуальное, и надо знать предпочтения, а то сделаешь — и не понравится. И ингредиенты пропадут.

Сварить зелье для Приятных снов? Cредство от головной боли? Кхм... зелье для облегчения болей при женских недомоганиях? Зелье от потеющих подмышек и ног? Настойку для эпиляции? Оздоравливающий тоник? Между прочим, все его снадобья были очень эффективны и длительного действия, не какая-нибудь халтура...

Так и не определившись, Северус раздосадовано захлопнул сундучок.

Вот же проблема!

Может, ей цветов нарвать и подарить? Вон за домом ромашки разрослись, вытеснив все полезные лекарственные многолетники. Северус каждый день собирался навести порядок на аптечных грядках, и все время откладывал — не хотелось ничего делать, у него была, как выражались маглы — депрессия, синдром хронической усталости и апатия.

Скучный, пыльный серый дом со старой разномастной мебелью, скрипучая кровать, давным-давно не стиранные занавески, покрывала и постельное белье, отколотая эмаль в старенькой ванной и потрескавшийся кафель на стенах, грязные стекла окон, покосившееся крыльцо и ржавые и оттого скрипучие петли на дверях... Нет, у мамы, как у любой волшебницы, была книга «Суперэфективные бытовые заклинания», но... каждый раз находилось чтиво поинтереснее, и справочник так и валялся на полке, дожидаясь своего часа.

И сам он был серый, скучный, засаленный... и ничего ему уже не хотелось...

Но с Петуньей надо было поговорить, и серьезно!

Снейп надеялся, что та рано или поздно придет за своей кастрюлькой...

Так и вышло.

Через пару дней в часа три дня в дверь постучали.

Петунья спокойно вошла, как будто это и не она работала доброй анонимной феей — разносчицей обедов, поставила большую сумку на пол и потребовала назад свой кухонный инвентарь.

Северус кастрюльку тщательно помыл и даже набрал в нее крупной малины, которая дала щедрый урожай позади дома. Полдня собирал, руками, между прочим, искололся весь...

— Э-э-э-м-м... послушай, я хотел поблагодарить тебя за... ты меня закормила совсем, — смущенно начал он. — Я теперь чувствую себя неловко... Слушай, я... ну я не нахлебник какой-то, так что может тебе что-то нужно? Какие запахи ты любишь? Я могу тебе сделать духи...

— Оу... а разве их можно в домашних условиях изготавливать? — удивилась Петунья, засовывая свою посуду в сумку и доставая оттуда какой-то сверток из фольги. Северус заподозрил очередной восхитительный обед и внутренне подпрыгнул от радости — лопать свою ужасную стряпню было омерзительно.

— Да запросто, — небрежно ответил юноша, деланно развалившись на стуле. — Мастерам все доступно.

— Сядь прямо, Мастер! — бросила ему Петунья, отворачиваясь к плите. — Где у тебя духовка включается?

Cнейп невольно выпрямился, почему-то совсем не ощущая раздражения и поинтересовался:

— А тебе зачем? Она, вроде, не работает...

— А как ты тогда еду греешь?

— Да просто — Термозаклинаниями.

— Ах да... — протянула Петунья. — Как же я забыла о могучих сынах и дочерях Мерлина! Ну что ж, тогда прошу ваше волшебное высочество разогреть своими божественными флюидами и эманациями вот этот ростбиф с печеной картошкой! — и она ехидно присела в реверансе, протягивая ему сверток.

Снейп почему-то прыснул и очень несерьезно хихикнул. Петунья тоже улыбнулась. Улыбка ей очень шла — зубы у девушки были ровные и белые, а на щеках появились симпатичные ямочки.

Северус смутно подумал, что никогда не видел ее улыбающейся, всегда только нахмуренной и насупленной... И еще заметил в мочках маленьких ушей золотые серьги с бриллиантиками... И карие глаза были тоже хороши. И брови тонкие и длинные... волосы светлые, а брови с глазами темные, странно даже как-то...

Петунья внимательно следила, как он накладывает Разогревающее на развернутый ростбиф, как на глазах мясо начинает шкворчать и брызгаться жиром, как картошка источает одуряющий аромат...