Шрифт:
«Меня поражает то, что на Сталинградском фронте произошел точно такой же прорыв далеко в тыл наших войск, какой имел место в прошлом году на Брянском фронте, с выходом противника на Орел. Следует отметить, что начальником штаба был тогда на Брянском фронте тот же Захаров, а доверенным человеком тов. Еременко был тот же Рухле. Стоит над этим призадуматься. Либо Еременко не понимает идеи второго эшелона в тех местах фронта, где на переднем крае стоят необстрелянные дивизии, либо же мы имеем здесь чью-то злую волю, в точности осведомляющую немцев о слабых пунктах нашего фронта.
Как вы думаете использовать дивизии, подходящие с севера в район Себряково, в какие армии думаете их включить? Как работает наша авиация? Живы ли Еременко и Хрущев.
Как видно из донесения Лопатина, [253] противник свободно переправляет свои части в районе Котлубани на восток от Дона. Это значит, что он будет прорывать следующий обвод Сталинграда.
По-моему, следовало бы отвести Лопатина, а также и 64-ю армию на следующий обвод, восточнее Дона. Отвод надо произвести скрытно и в полном порядке, чтобы он не превратился в бегство. Надо организовать арьергарды, способные драться до смерти, чтобы дать отойти частям армии.
Наступление 1-й гвардейской армии согласно вчерашней директиве уже не осуществимо в данный момент. Ей надо поставить задачу на оборону и прочно удерживать плацдарм, так же как и 63-й армии.
Жду немедленного ответа». [254]
253
Генерал А. И. Лопатин — командующий 62-й армией.
254
См.: Русский архив: Великая Отечественная. Ставка ВГК: Документы и материалы. 1942 год. Т. 16(5–2). С. 373.
В тот же день, 25 августа, Сталинград был объявлен на осадном положении. Одновременно Сталин поручил Василевскому отправиться в район сосредоточения войск к северу от города, где взять на себя руководство подготовкой намеченного контрудара. С целью не допустить захвата противником Сталинграда по приказу Сталина сюда перебрасывалась 1-я гвардейская армия генерала К. С. Москаленко. Она должна была с утра 2 сентября нанести контрудар по прорвавшейся к Волге группировке противника, а затем соединиться с 62-й армией. Туда же направлялись 24-я и 66-я армии.
Утром 26 августа Василевский приехал в штаб 24-й армии. Вместе с командующим армией генералом Козловым занимался рекогносцировкой. Затем туда же приехал генерал армии Жуков, назначенный заместителем Верховного Главнокомандующего с освобождением от должности командующего Западным фронтом. На него возлагалось руководство всеми войсками, привлекавшимися к ликвидации прорвавшегося к Волге врага, а также восстановлением нарушенного фронта обороны в районе Сталинграда. Через несколько дней Василевский по распоряжению Сталина вернулся для работы в Генштаб.
Г. К. Жуков, изучив обстановку, пришел к выводу, что войска 1-й гвардейской армии из-за несвоевременного подвоза боеприпасов и горючего смогут перейти в наступление только в 5 часов 3 сентября. Наступление 24-й и 66-й армий он назначил на 5–6 сентября. [255] Однако наступление, предпринятое 3 сентября, не дало необходимого эффекта. Войска 1-й гвардейской армии к исходу дня сузили коридор, занятый противником и отделявший их от частей 62-й армии, с 8 км до 3–5,5 км. Но соединиться с 62-й армии не удалось. 10 сентября Жуков доложил Сталину, что теми силами, которыми располагает Сталинградский фронт, прорвать коридор и соединиться с войсками Юго-Восточного фронта в городе не удастся. Сталин приказал Жукову 12 сентября прибыть на совещание в Москву. Интересно, что в этот же день генерал Паулюс вылетел в Винницу. Здесь он получил от Гитлера строжайший приказ взять Сталинград решительным штурмом.
255
См.: Жуков Г. К.Воспоминания и размышления. Т. 2. С. 297.
На совещании в Кремле Жуков и Василевский доложили Верховному, что наиболее боеспособные 6-я и 4-я танковая армии противника все больше втягиваются в изнурительные, затяжные бои за Сталинград, а в оперативном резерве у немецкого командования, в районе Волги и Дона, имеется не более шести дивизий, разбросанных по широкому фронту. Положение противника усугублялось еще и тем, что Гитлер не имел возможности высвободить и бросить на юг какие-либо силы с других фронтов, а его ударные группировки на сталинградском направлении и на Кавказе вот-вот исчерпают свои резервы, выдохнутся и перейдут к обороне. Кроме того, конфигурация фронта позволяла подготовить и нанести охватывающие удары по флангам войск генерала Паулюса, которые прикрывали менее боеспособные румынские войска. В дальнейшем можно было развивать наступление на Ростов и отсечь всю кавказскую группировку врага. С целью нанесения мощного удара по оперативному тылу противника, действовавшего в районе Сталинграда, предлагалось создать новый фронт в районе Серафимовича. Для подготовки крупномасштабной операции потребуется примерно полтора месяца. Ее намечалось разделить на два этапа: первый — прорыв обороны противника, окружение его сталинградской группировки и создание прочного внешнего фронта; второй — уничтожение окруженного противника и пресечение попыток врага извне деблокировать кольцо окружения. Сталин обещал над планом подумать и подсчитать имеющиеся ресурсы.
Впоследствии А. М. Василевский отмечал:
«Тут напрашивалось решение: организовать и провести контрнаступление, причем такое, которое не только бы радикально изменило бы обстановку в этом районе, но и привело бы к крушению все еще активно действующего южного крыла вражеского фронта. Такое решение было принято в середине сентября после обмена мнениями между И. В. Сталиным, Г. К. Жуковым и мною. Суть стратегического замысла сводилась к тому, чтобы из района Серафимовича (то есть северо-западнее Сталинграда)ииз дефиле озер Цаца и Барманцак (то есть южнее Сталинграда) в общем направлении на Калач, лежащий западнее Сталинград а, нанести мощные концентрические удары по флангам втянувшейся в затяжные бои за город вражеской группировки, а затем окружить и уничтожить ее основные силы — 6-ю и 4-ю танковую немецкие армии». [256]
256
Цит. по: Василевский А. М.Дело всей жизни. С. 219.
Пока Ставка ВГК и Генштаб вынашивали замысел по окружению и разгрому врага под Сталинградом, советские войска, оборонявшие город, продолжали упорно сражаться. Несмотря на стойкость войск Юго-Восточного фронта, противнику все же удалось пробиться к Волге в районе Купоросное. В результате 62-я армия генерала В. И. Чуйкова оказалась изолированной.
Вечером 28 сентября Сталин вместе с Жуковым и Василевским обсудил обстановку, сложившуюся под Сталинградом. В итоге было решено образовать в районе Сталинграда два самостоятельных фронта: из состава Сталинградского фронта — Донской (командующий генерал Рокоссовский), а из состава Юго-Восточного фронта — Сталинградский (командующий генерал Еременко). [257] Заместителю начальника Генштаба генералу Ф. Е. Бокову было поручено возглавить комиссию Ставки ВГК, которой предстояло очистить войска и штабы на Сталинградском фронте от непригодного командного и политического состава. В результате деятельности комиссии был откомандирован с фронта командующий 4-й танковой армией генерал В. Д. Крюченкин.
257
См.: Русский архив: Великая Отечественная. Ставка ВГК: Документы и материалы. 1942 год. Т. 16(5–2). С. 403–404.
После принятия предварительного решения на контрнаступление Сталин приказал Жукову и Василевскому выехать на фронт, чтобы тщательно изучить направления будущих ударов по противнику и уточнить все необходимые детали в связи с этим. Жуков отправился на Сталинградский, а Василевский — на Юго-Восточный фронт. Эта работа была завершена в конце сентября. К детальной разработке плана привлекались командующие родами войск, начальник тыла A.B. Хрулев и начальник Главного артиллерийского управления Н. Д. Яковлев. В начале октября в работу включились командующие и начальники штабов фронтов, которым было приказано подготовить предложения по использованию сил каждого фронта для совместной наступательной операции, получившей кодовое наименование «Уран».