— Я проделал этот долгий путь и не могу уйти, не выразив своего почтения лорду-диакону.

Эммель попытался воспротивиться железной хватке верзилы:

— Я никуда не пойду с вами.

В ответ Ринк схватил его и бесцеремонно толкнул, заставив губернатора хлопнуться о каменную стену. Обливаясь кровью, тот заковылял вперед.

Ла-Хайн проталкивался к кафедре часовни. В воздухе висел густой дым, скрывая царящую в комнате неразбериху. Лорд-пастырь сделал глубокий вдох, наполнив легкие грязным воздухом, и проревел в вокс, установленный в возвышающемся на подиуме золотом ангеле:

— Не бойтесь! Слушайте меня, друзья мои. Раздор — то, чего хотят эти звери. Не давайте им этого! — Некоторые громкоговорители в настенных горгульях все еще работали, и его слова пронеслись по часовне, подобно громовым раскатам. — Соберитесь у алтаря и позвольте благородным гвардейцам и доблестным Сестрам Битвы стать нашим щитом и мечом!

Аристократы были очень непостоянны, но каждый из них посещал еженедельные проповеди Ла-Хайна многие годы, поэтому его приказа было достаточно, чтобы разогнать их ужас и вернуть рассудок. Краем глаза он увидел, как канонисса Галатея выкрикивает приказы горстке выживших охранников, сервиторам-стрелкам и ее собственным воительницам Сороритас, иногда поглядывая на него. Бессвязный грохот болтерного огня эхом гремел в часовне, отражаясь от скрытого за серым дымом далекого нефа. Нападающие на короткое время прекратили движение, вероятно, перегруппировываясь.

— Все, что от нас требуется, — верить и не сдаваться, друзья мои, — воззвал он. — Пока я говорю вам это — отряды силовиков и Имперской гвардии уже направляются сюда, чтобы спасти вас. — На самом деле лорд Ла-Хайн понятия не имел, правда ли это. Но Лунный собор представлял собой самое большое средоточие неванской знати на планете, и он нуждалсяв полной военной мощи, направленной на их защиту.

Под тенью кафедры дрожащие бароны и титулованные аристократы прятались за опрокинутыми столами, прежде уставленными блюдами с разнообразной едой и редчайшими напитками. В некоторых фонтанах все еще пенились и пузырились крепкие вина.

— Они идут! — донеслись до Ла-Хайна слова Галатеи. — Приготовиться.

— Веруйте в Золотой Трон, — прокричал Ла-Хайн. — Император защищает!

Сквозь пелену дыма пастырь различил приближающийся силуэт и услышал насмешливый, высокомерный голос, который никогда не рассчитывал услышать.

— Император защищает? — переспросил Ваун. — Не здесь. Не этой ночью!

Ринк швырнул Эммеля на пол и придавил его шею широким ботинком.

— Будешь рыпаться — сломаю шею.

Губернатор что-то прохныкал, но Ринка это не волновало. Он поднес маленький вокс-передатчик к своим губам.

— Иг? Иг, ты, мелкий поджигатель, слышишь меня? — Он осмотрел ярус величайшего благочестия, усеянный мертвыми сервиторами и уничтоженным машинным оборудованием. Все вокруг чашеобразной террасы тонуло в дыму находящегося внизу собора.

Через несколько секунд вместе с потрескиванием помех пришел ответ.

— Я сейчас немного занят. Погоди. — Ринк услышал, как вдали, вероятно в самом центре города, что-то с грохотом взорвалось. Через забитый помехами канал связи послышался безмолвный вздох облегчения Игниса. — Так-то лучше. В чем дело?

— Поиграли, и хватит. Ваун приказал нам возвращаться.

— Ну вот. Уже? Я только разогрелся.

Ринк фыркнул:

— Ты знаешь, что он сказал. Главное событие впереди.

— Ну да. — Голос Игниса звучал грустно. — К нему я и готовлюсь. Мы лишились одного коптера над свалками, больше потерь нет. Ручаюсь! Держись, Ринк. Я иду за тобой.

— Не заставляй меня ждать. — Он отключил устройство и бросил его в карман.

Эммель засопел и попробовал пошевелиться.

— Пожалуйста, выслушайте меня. Давайте я буду говорить на языке, который вы понимаете: деньги!

Ринк обнажил кривые зубы.

— Ну, продолжай.

— Я могу заплатить вам…

— Сколько? Тысяча золотом? Десять тысяч? Миллион?

— Десять, — заерзал губернатор.

— Правда? — Ринк склонился ниже и проговорил прямо в лицо Эммеля: — Прямо сейчас?

— Ах! Нет, но…

— Тогда заглохни.

— Я не хочу умирать! — завопил аристократ.

— А я не хочу быть бедным, — ухмыльнулся Ринк. — Видишь, какая незадача.

— Даже золото почернеет в руках такого мерзавца, как ты.

Ринк обернулся на прокричавших эти слова и схватился за оружие:

— Вот дерьмо варпье.

Мирия медленно шагнула на веранду, наведя свой плазменный пистолет на здоровяка. Краем глаза она видела, как Изабель сделала то же самое. Верити держалась позади в сводчатом проходе, стараясь не попадаться на глаза.