— Вам не запугать меня, ваше святейшество. Ибо я верю во власть, которая выше вашей. Власть моего Бога, которому я молюсь!

— Думай, что говоришь, дитя, — предупредил Александр. — Ибо за такие слова я могу повесить или сжечь тебя за ересь, и тогда ты очень нескоро увидишь своего драгоценного мужа.

Санчия выпятила челюсть, остановиться она уже не могла.

— Вы можете сжечь меня, если пожелаете, но это не помешает мне сказать правду. В Риме все блестит, но далеко не все — золото.

Александр поднялся во весь рост, и Санчия невольно подалась назад при виде этой грозной фигуры. Но тут же сжала волю в кулак и не отвела глаз, выдержала пепелящий взгляд Папы, чем окончательно разъярила его. «Раз сын не способен укротить ее, — решил Александр, — я сделаю это сам».

— Завтра ты уедешь в Неаполь. С посланием своему королю. Скажешь, раз ему не нужно ничего моего, мне не нужно ничего от него.

При отъезде, с минимальной свитой и почти без денег, она сказала Хофре: «У твоего отца больше врагов, чем ты только можешь себе представить. Его ждет дурной конец, и я молю Бога, чтобы Он позволил мне при этом присутствовать».

Король Людовик, в парчовом камзоле, расшитом золотыми пчелами, въехал в Милан бок о бок с Чезаре. Их сопровождали кардинал делла Ровере, кардинал д'Амбуаз, герцог Феррары, Эрколе д'Эсте, и сорокатысячная оккупационная армия.

Лодовико Сфорца, Мавр, потратил кучу денег на наемных солдат, но они не смогли противостоять отлично обученной французской армии. Зная, что поражение неминуемо, Лодовико отправил двух своих сыновей и брата Асканьо в Германию, под защиту мужа сестры, императора Максимилиана.

И после легкой победы король Людовик стал еще и герцогом Миланским. Папа Александр благословил короля на захват герцогства, его сын, Чезаре, принимал непосредственное участие в боевых действиях.

По прибытии в город король первым делом посетил дворец Сфорца. Отдал приказ отыскать дубовые сундуки с секретными замками конструкции Леонардо да Винчи, по слухам, набитые золотом и драгоценными камнями. Сундуки нашли, но пустые. Покидая Милан, Лодовико прихватил с собой и драгоценности, и двести сорок тысяч дукатов. Но в замке и городе осталось достаточно ценностей, чтобы поразить воображение короля. Чего стоили только конюшни Сфорца с портретами лучших скакунов или «Тайная вечеря» Леонардо да Винчи в монастыре Санта-Мария.

Но при этом король не остановил своих лучников, когда те приспособили под мишень знаменитую глиняную лошадь Леонардо, установленную на центральной площади, и полностью ее уничтожили. Культурные горожане Милана приняли французов за варваров, потому что те плевали на пол во дворцах и выбрасывали мусор на улицу.

Будь территории Романьи объединены, вторжение французов удалось бы остановить на границе Миланского герцогства. Но местные правители не желали договариваться, и Александр понимал, что это тот самый момент, когда он должен напомнить, что Романья входит в Папскую область и лишь благодаря его великодушию и всепрощению он так долго терпел тех, кто полагал себя правителями.

А на Чезаре возлагалась задача изгнать этих правителей, объединив Италию, и принести славу и богатство своей семье и Риму.

В Непи Лукреция с энтузиазмом взялась за управление городом. Учредила законодательный орган, созвала стражу, дабы обеспечить исполнение принятых законов и порядок на улицах. Как и ее отец в Риме, по четвергам она приглашала горожан в замок, выслушивала их жалобы и, по возможности, находила взаимоприемлемые решения.

Похоже, она родилась для того, чтобы править, и горожане вскоре полюбили ее всем сердцем.

В это время Хофре помогал Лукреции бороться с тоской по Альфонсо, а Лукреция утешала Хофре, который скучал по Санчии, пусть они и не всегда жили душа в душу. Пока Лукреция училась управлять государством, Хофре охотился или просто ездил верхом по великолепным окрестностям города, так что время для обоих текло быстро.

Словно в награду за ее усердие через месяц после приезда Лукреции в Непи Папе удалось уговорить Альфонсо присоединиться к ней. За это он подарил молодой паре город, замок и земли, окружавшие Непи. Лукреция и Альфонсо очень радовались тому, что они вновь вместе, и даже не спросили, а что Папа хотел получить взамен.

Александр выждал несколько недель, а потом приехал в Непи.

И уже на второй день, на семейном обеде, спросил Лукрецию, не хочет ли она вернуться в Рим и рожать там.

Очень убедительно объяснил, что стареет, и новый внук значительно скрасит ему жизнь. Переполненная счастьем — Альфонсо сидел рядом с ней, предвкушая встречу с Адрианой и Джулией, — Лукреция согласилась. Поскольку она и Альфонсо дали друг другу клятву никогда больше не расставаться, последний поехал вместе с ней.