— Ты мне лучше скажи: Кустарь — это фамилия такая или погоняло? — Игорь постарался протянуть время, потому что врать Вовке не хотелось.

— Фамилия его Кустаренко, а если по картинкам судить — кустарь обыкновенный, вульгарис, так сказать. Еще и с гонором, твою мать! Он себя числит сразу после Гогена, понял? — Вовка запыхтел, переживая за оскорбленную живопись, но главной нити не упустил: — Ты не ответил мне, зачем мы к нему едем.

— Мне очень нужно с ним встретиться, — честно сказал Игорь. — А потом я тебя отвезу домой или куда скажешь.

— Домой не надо, — быстро среагировал Вовка и, подумав, добавил: — Я чувствую, что мне будет интересно с тобой покататься.

Они въехали в Заводской район и, свернув к вонючим громадам химзавода, углубились в барачные трущобы. Машину затрясло на разбитой дороге, их начали облаивать местные шавки.

— Куда ехать? — Игорь слегка притормозил.

— Должен быть магазин — то ли «Березка», то ли «Елочка», рядом с дверью плакат рекламный висит.

— Какой плакат? Пепси-кола?

— Не помню, там еще подбор цветов безобразнейший, что-то лазурно-зеленое с коричневым, а перед магазином в тот раз мадам какая-то поскользнулась, села на задницу, — внезапно вдохновился Вовка. — У нее колготки порвались, прямо по шву. Очень интересный переход, все в сером: грязный снег, темно-серая шуба, темно-серые колготки, они почему-то в народе называются черными, — ни хрена они не черные, из-под коричневой шапки…

— Ты думаешь, она там до сих пор и сидит? — прервал его Игорь.

— Нет, конечно, — вздохнул Вовка, — но тогда это был ориентир. Я напишу картину, это будут сплошные серые тона, но не мрачно, как…

Игорь постарался отвлечься и не слушать. Вооружившись терпением, он методично прорезал район вдоль и поперек в поисках потерянного магазина.

Прошел час, а магазин все не находился, Вовка стал все чаще зевать, Игорь — злиться.

— Не могу я в темноте ориентироваться. — Вовка, чувствуя свою вину, поспешил в наступление: — Я у него был один раз, давно, выпимши, мне было хорошо, за дорогой я не следил… Вспомнил! — вдруг вскрикнул он. — Вспомнил!

— Что ты вспомнил? — очень зло спросил Игорь. — Там еще одна мадам валялась?

— Нет! Но рядом была конечная остановка автобуса, он мне ее показал, если, говорит, захочешь приехать — очень удобно…

Еще с полчаса ушло на изучение маршрута рейсового автобуса — искали по будкам остановок. Когда Игорь остановился у последней будки, Вовка уже сопел, склонив голову на плечо. Игорь тихо прошептал ему на ухо:

— Соня идет!

Вовка тут же проснулся, но постарался сделать вид, что и не засыпал:

— Что ты сказал? Я не расслышал.

— Я спрашиваю: куда дальше? — Игорь закурил и, нагнувшись, вытащил из-под сиденья одну гранату, прикрывая ее ладонью, сунул в левый карман — чтобы Вовка не заметил и не перенервничал.

— Дальше? — Вовка, зевая, огляделся и ткнул пальнем в темноту: — Нужно вот здесь пойти, потом спуститься вниз, потом…

— Пошли! — Игорь вышел из машины. На улице было холодно и ветрено. Поеживаясь, вылез Ляфман, натянул поглубже свою наоборот надетую кепку и махнул рукой:

— Туда!

Продвигаясь вдоль заборов по извилистым тропкам, они осторожно шли почти в полной тьме. Вовка кряхтел и шепотом ругался на неровности почвы. Игорь думал об Ольге: если она уже проснулась, то сначала его обругала, а теперь переживает. Он отогнал от себя эти мысли: не должна проснуться — рано еще.

Дорожка привела их на обрыв. Внизу постройки продолжались. Сейчас они стояли примерно на уровне крыш одноэтажных домов, кривыми улицами разбежавшихся на три стороны.

— Блин… блин… — бормотал Вовка, спотыкаясь в темноте на кочках, — мы с ним пешком шли прошлый раз, поэтому и пришлось твою машину оставить. Правильнее было бы по той дороге ехать, — Вовка ткнул пальцем в полумрак, — по нижней.

— Вот это и есть его дом! — указал Вовка на ближайший дом с высоченной самодельной антенной, торчащей немного криво, и присвистнул: — Во псих! У него до сих пор гости были! — Они смотрели на дом сверху. К краю обрыва дом прижимался своей тыльной частью, входную дверь видно не было. По ясно различался автомобиль «газель», стоящий у распахнутой калитки. Из калитки вышел мужчина в короткой куртке и в шапке-петушке, он задержался немного, закрывая калитку за собой на щеколду, сел в «газель». Зажегшееся освещение при открытой дверце машины высветило и его, и водителя — Игорь успел только разглядеть, что оба они в камуфляжных куртках и брюках.

— В машине Кустаря нет? — спросил он у Володьки.

— Вроде нет, — ответил тот и зевнул. — Ну, мы идем?

— Подожди. Игорь хотел дождаться, пока «газель» отъедет.

Уличный фонарь, стоящий через пару домов, помог прочитать надпись на борту машины, когда она проезжала мимо него: «Агентство ритуальных услуг «Пирамида». Игорь задумался. Это агентство было ему известно, и если, заметив камуфляж, он подумал, что Мостовой его опередил, то теперь он засомневался в этом. Очень маловероятно, что РУБОП работает под «крышей» столь специфической коммерческой структуры.