Нинка прикрыла за ним дверь и, размышляя, зачем Сашке сдались эти аисты, вернулась на кухню. Так ничего и не решив, она полезла в шкаф и загремела посудой.

Дня через три сестра, приехавшая на выходные проведать Сашку, обнаружила брата мертвым. Он лежал на полу у окошка на спине, улыбка застыла на разгладившимся лице.

Через несколько дней после похорон крупная белая птица, раскачивая в воздухе длинными ногами и тормозя крыльями, опустилась на колесо. Тетка Валя как раз проходила по улице в школу. Уже по привычке нашла взглядом выглядывающий из зарослей столб с колесом и вдруг невольно охнула и остановилась:

— Прилетел-таки.

Птица потопталась немного, словно проверяя платформу на прочность, огляделась, и слегка согнув голенастые ноги, оттолкнулась от плотного воздуха крылом.

Часа через два на колесо опустились уже два аиста: он и она. Вечером беломестненцы с ближних и даже с некоторых дальних улиц собрались на дороге понаблюдать за птицами, которые, не обращая внимания на собравшихся людей, легко поднимали на вершину столба тонкие веточки — строили гнездо. Вспоминали Кольку и Сашку и жалели, что ни тот, ни другой ни дожил до этого дня. Нинка, не удержавшись, всплакнула. Тетка Валя погладила ее по широкой спине:

— Ниче, не переживай сильно, вот какую память о себе мужик-то оставил. А домов скоко его по деревне стоят — вечную память заслужил.

Нинка утерла торцом ладони короткие слезы и тяжело вздохнула. Аисты уложили на колесо последние веточки и поднялись выше. Сделав круг над людьми, спланировали на болото. И сразу исчезли в высоких камышах.

— Кормиться полетели, — громко предположил кто-то.

Люди потихонечку начали расходиться.

Через месяц пара благополучно вывела трех птенцов.

С тех пор аисты прилетали в Беломестное каждый год. Деревенские светлели лицами, выходя на дорогу у луга, чтобы приветить красивых птиц.

— Колькины, прилетели, видел? — говорили они, встречаясь с кем-нибудь в эти дни.

Через два года после того как мужиков не стало, на соседнем столбе появилось второе гнездо, построенное молодой аистиной семьей. Сельчане, не сговариваясь, назвали его Сашкиным.