Трибуны сходили с ума. Уизли то бледнели, то закрывали глаза, то ахали, глядя, как их дочь и сестра, вспомнив о кэльпи, лихо оседлала водяную лошадь, наложив на нее какое-то сложное заклятье подчинения. Француз оказался проворнее - пока Уизлетта возилась с водяными духами, он создал себе дорожку прямо на водной глади, и побежал по ней, отбиваясь чарами и от птичьих атак с воздуха, и от рассерженных озерных жителей. Горак же, к моему удовлетворению, решил повторить подвиг Поттера с предыдущего турнира и призвал метлу, но ничего хорошего из этого не вышло: организаторы учли все возможные подступы к острову, и на дурмстранговца обрушились волшебные птицы и пикси. Он с трудом прорвался сквозь них, снизился и почти удачно долетел, но уже на подлете к острову пикси удалось сбросить Горака с метлы - к вящему восторгу водяных и русалок.

Происходящее на острове, конечно, с берега видно не было, но позаботились и об этом - на натянутых парусиновых полотнищах, подобно тем, которые использовались на квиддичных матчах, попеременно показывали действия всех трех чемпионов.

Я со злорадством снова понаблюдал за тем, как Горак, с трудом выбравшись из озера, промокший и исцарапанный, пытается восстановить размокшую в воде карту, как он чертыхается сквозь зубы и слишком поздно замечает каппу. Уизлетта и Шарль, оба, держались на высоте, однако француз все же оказался опытнее и удачливее - свой ключ он отыскал на две минуты раньше, и заклинания снял элегантно и быстро. Но, надо было отдать Уизли должное - она свой ключ нашла почти сразу после Шарля и даже не попалась в ловушку шепчущих ив, способных своим шелестом свести с ума расслабившегося путника.

Горак финишировал последним - с небольшим разрывом, к моему величайшему сожалению. Я бы не расстроился, сожри его гигантский кальмар.

Объявление результатов Поттер слушать не стал - стоило только всем трем чемпионам вернуться назад на берег, он повернул ко мне улыбающееся, довольное донельзя лицо.

– Никогда бы не подумал, что скажу это тебе, Малфой… но… это было здорово. Спасибо.

– Надеюсь, мне удалось немного скрасить больничные будни начинающему борцу с преступностью, - я притянул его к себе так близко, что теперь мы стояли, соприкасаясь лбами.

– Как ты думаешь… заниматься сексом в воспоминании - это слишком извращенно?
– спросил Поттер, кончиками пальцев скользя по моим рукам от запястий к локтям.
– И чем это считать, иллюзией, или…

– Пожалуй, проверим в следующий раз. Этот отрывок закончится через пять минут.

– Очень жаль, - жарко выдохнул Поттер, бесцеремонно забираясь пальцами под мою мантию.
– Меня еще так нескоро выпишут. Может, мы могли бы…

– Нет, - мягко сказал я.
– Лекари не оценят. Поттер, гиппогриф тебя задери, будь хоть немного благоразумным… Хотя бы иногда.

– Не знаю, что ты делаешь со мной, Малфой, - несмотря на обманчиво спокойный тон, в голосе Поттера мне послышались какие-то грозовые, рычащие интонации.
– Но рядом с тобой мне порой не хочется быть… благоразумным.

– Это у тебя по старой памяти, - я поцеловал его, сам отчаянно жалея, что нельзя сейчас сорвать эту идиотскую полосатую пижаму, повалить Поттера прямо на землю и заняться любовью прямо здесь, в воспоминании. И пускай это называется как угодно - иллюзией ли, играми воображения, магией, - все равно.

Слишком много времени прошло с тех пор, как я вот так, самозабвенно и жадно, целовал его в последний раз.

Но время, к сожалению, было неумолимо. Мы еще целовались, стискивая друг друга в объятиях, а окружающий мир, Хогвартс, озеро, полные трибуны уже плыли, смазывались, исчезали, неумолимо и твердо возвращая нас в реальность.

Вынырнув из думосбора, Поттер перевел дыхание и откинулся на подушки. Взгляд у него был шальной, а грудь быстро вздымалась и опадала, как после бега. Да и я, надо думать, выгляжу не лучше.

Проклятье, сейчас я даже поцеловать его не могу - по-настоящему, в этом мире. Даже если бы Поттер не возражал против облика Краста - мы в больнице, в палате, куда в любой момент может зайти кто угодно. Сейчас, правда, Поттер, на мой взгляд, мог сделать любое заявление, даже встать посреди больничного холла и сказать, что мы собираемся пожениться - я уже научился правильно понимать этот слегка сумасшедший, горящий взгляд, означавший, что Поттеру в голову опять пришло что-нибудь безумное.

– Гарри, - позвал я, сам удивляясь, что назвал его по имени.
– Не совершай сейчас поступков, о которых потом пожалеешь.

К моему удивлению, он рассмеялся.

– Пока не собираюсь.

– Мне очень не нравится это твое «пока», - несколькими движениями палочки я снова влил воспоминания в фиал и закупорил его, а думосбор убрал в сумку. Посмотрел на часы.
– Мне пора идти.

– Ты еще придешь?

– Послезавтра, - я хотел в последний раз взять его за руку, но не успел - распахнулась дверь, на пороге появился лекарь и медиведьма.

– Мистер Краст, мистер Поттер, мне неловко прерывать вашу беседу, но…