– Чёрт, ну давайте я ещё на унитаз сяду!
– не выдержал Скорпиус.
– И вообще, хватит с несчастной общественности обнажёнки, я им итак ежедневно чуть ли не член демонстрирую, а Гарри за последние две недели тоже показал достаточно. Давайте нормальные семейные фото - на кухне, например. «Гарри Поттер и заварочный чайник» или там «Скорпиус Малфой и грёбаный тостер». На крайняк, «Гарри Поттер кормит Малфоя с рук. Смертельный номер».

– А что, это интересная идея, - задумчиво проговорила Рита.
– Решено! Идемте в кухню!

И еще два часа мучений. Когда Рита и Дик наконец соизволили уйти, Гарри без сил упал на кровать и раскинул руки.

– Думал, это никогда не закончится!

– Да ладно, зато хорошие снимки получились, - улыбнулся Скорпиус. Он, в отличие от Гарри, получал удовольствие от съёмок.
– Или тебе не терпелось показаться миру в одном полотенце, а я обломал тебе кайф?

– Дурак, - фыркнул Гарри.
– А ты, смотрю, что-то прям яро против был, чтобы я в одном полотенце показался?
– ухмыльнулся он.
– И это еще меня назвали ревнивым! Ха!

– А вот против!
– фыркнул Скорпиус.
– Нечего достояние нации разбазаривать! А если бы ты возбудился, на меня глядючи, твой красавец полотенце бы и приподнял… Представляешь, какой конфуз бы вышел?

– Хаха, точно, - хохотнул Гарри.
– А я бы возбудился, если бы ты тоже был в одном полотенце, мокрый после душа. Мм… пошли в душ?

– Пошли, - легко согласился Скорпиус.
– Здесь или дома?

– Давай здесь. А то там у тебя такие душевые, что мы до вечера зависнем. А я хочу трахнуть тебя мокрого. Слизать всю воду с твоего тела. Каждую капельку, - Гарри плотоядно облизнулся.

– О да, детка, да!
– картинно простонал Скорпиус и, схватив Гарри за руку, бросился в ванную.

* * *

– Итак, сначала снимаем машину, специальным заклинанием отмечая её путь - потом Гарри повторит всё в воздухе. Скорпиус, можешь не стараться уложиться в один дубль, мы потом всё склеим, - Ирс говорил уверенно, но всё равно было видно, что он волнуется - ещё недавно он даже не знал, что существует такой вид рекламы как рекламные ролики, и уж тем более не думал, что станет когда-нибудь его режиссёром.
– Сейчас первые пара дублей пристрелочных, как на сессии, а потом уже начнём снимать… я надеюсь.

– Поуверенней, Ирс, поуверенней, - улыбнулся Скорпиус.
– Ты у нас сейчас командир, так что никаких «надеюсь».

– Ну раз уж я командир, тогда быстро на площадку!
– с усмешкой скомандовал Ирс и подмигнул сидящему неподалеку в режиссерском стуле Дэну. Тот смутился, но улыбнулся в ответ.

– Привет, - Гарри плюхнулся на свободный стул.
– Я много пропустил?
– Он посмотрел на площадку, где Скорпиус как раз садился в машину.
– Что вы делали все это время?! Я потренироваться успел.

– Гримировались!
– простонал Редлифф и приставил ладонь к горлу.
– Не думал, что это может быть так долго!

Гарри рассмеялся и схватил стаканчик с кофе со столика. К ним подошел Ирс.

– А, Гарри, отлично, я рад, что ты успел. Хотя, боюсь, что сегодня будем заниматься только Скорпиусом, - Ларс вздохнул и тоже присел на стул.

– Ты планируешь успеть все за один день?
– удивился Гарри.
– Уверен, что он будет колесить дня три, пока не останется удовлетворен на все сто, - ухмыльнулся он.

– Скажешь тоже, три дня, - фыркнул Дин, но осёкся под серьёзными взглядами Гарри и Ирса.
– Что, правда может?..

– Он у нас перфекционист, - улыбнулся Ирс.
– По крайней мере, в отношении себя и своей работы. Будет работать на износ, но добьётся высшего качества. Именно за это его ценят куда больше, чем за красивые глазки.

– О да, - широко ухмыльнулся Гарри.
– Он настоящий профессионал.

– Гарри, - хмыкнул Ирс, - мы сейчас не об этом.
– Потом усмехнулся и посмотрел на площадку.
– Мерлин! Вы что творите? Ну зачем оттуда снимать?!

Он подскочил со стула и побежал спасать положение. Гарри с улыбкой покачал головой и произнес:

– Это кто еще из них перфекционист. Так, Дэн, мы давно толком не говорили. Расскажи, что у вас с Ирсом? По нему хрен что поймешь.

Дэн чуть погрустнел и задумался, как ответить.

– У нас всё сложно, Гарри, - наконец выдавил он.
– У меня такое ощущение, что он чего-то боится. То вроде бы всё хорошо, а то вдруг оттолкнёт или исчезнет, а потом звонит в три часа ночи, извиняется. А я ведь жду, - он вздохнул.
– Как дурак жду.