– Прости, Ирс, - искренне извинился Скорпиус.
– Я… ну в общем, так получилось.

– Понимаю… - Ирс окинул Гарри цепким взглядом и снова повернулся к Малфою.
– Я очень рад за тебя, но всё же постарайся больше не косячить.

– Простите, - Гарри посчитал своим долгом вмешаться.
– Что вчера, что сегодня это целиком и полностью моя вина. Я обещаю больше не мешать Скорпиусу работать. Гарри, - он протянул мужчине руку,

– Ирсен Ларс, - представился тот и крепко пожал ему руку.
– Приёмный папа этого неуёмного отрока.

– Он мой агент, - рассмеялся Скорпиус, глядя на недоумённое лицо Поттеру.
– Но в какой-то мере и правда мне как отец. Ирс, буду очень благодарен тебе, если ты мимоходом объяснишь Гарри, что тут и как. Он хочет убедиться, что мне ничего не угрожает.

– О, на вашем месте я бы тоже сомневался, - хмыкнул Ирс и сделал приглашающий жест.
– Пойдёмте, сейчас его будут гримировать, а мы сможем вдоволь позубоскалить на этот счёт. Сегодня грим сложный, так что будет особенно забавно.

Гарри уселся на удобный стул рядом со стулом Ирса, сразу понравившегося ему.

– И почему же я должен сомневаться?
– Гарри усмехнулся.
– Есть причины?

Он краем глаза наблюдал за тем, как гримируют Скорпиуса. Это было настоящее волшебство. За какие-то минуты на его глазах появлялся совершенно другой человек. Волосы Малфою убрали назад, открыв высокий лоб и красивое лицо. Глаза подвели и накрасили. Даже на губы что-то намазали. Вид у Скорпиуса получился совершенно блядский, и Гарри почувствовал, как стало жарко на площадке.

– Нет, причин нет, - Ирс улыбнулся краем губ.
– Но все всё равно сомневаются. Думаю, именно поэтому у Скорпиуса так ни с кем и не сложилось. Могу я задать вам личный вопрос?
– он развернулся и пострел Гарри в глаза.
– Вы действительно встречаетесь или это всё шумиха на пустом месте?

– Я хочу, чтобы это было на самом деле, - Гарри улыбнулся краешком рта.
– И очень хочу изменить его предубеждение насчет отношений. Знали бы вы, каких усилий мне стоило не соглашаться на секс, а вынудить его пойти со мной на свидание! А сегодня утром я имел встречу сего отцом, с которым мы враждовали в школе. В общем, с моей стороны все серьезно настолько, насколько может быть за пять дней знакомства, - рассмеялся он негромко, а потом добавил задумчиво: - Надеюсь только, он не сбежит, как золушка, с двенадцатым ударом.

– Не знаю, не знаю, - с сомнением покачал головой Ирс и посмотрел на Гарри с сочувствием.
– Во всём, что касается Скорпиуса, я до сих пор твёрдо уверен лишь в двух вещах: он всегда хорошо делает свою работу, и его любит публика. В остальном же этот мальчишка для меня загадка. Никогда нельзя предугадать, как он отреагирует на одни и те же слова, сказанные разными людьми, как поведёт себя в той или иной ситуации. Такое ощущение, что у него в голове целый набор различных кодексов поведения, и он руководствуется то одним, то другим, но никто ещё не смог разгадать закономерность.

Гарри пожал плечами.

– Я сразу почувствовал, что он не так прост. Потому и захотел узнать его лучше. Вы сегодня уже третий, кто пытается со мной по душам поговорить, - он хмыкнул.
– Мы с ним пять дней знакомы. Я пока не знаю, что дальше будет. И не знаю, что у него на душе. Обещать могу только одно - в обиду я его не дам.

– Бросьте, не нужно мне ничего обещать, - отмахнулся от него Ирс.
– Да и он сам кого хочешь обидит. Ох, чёрт, вы посмотрите только, что они делают!
– Он вскочил со стула и понёсся к гримёрам.
– Вы что, издеваетесь, только не розовые тени!

Завязался бурный спор, и Скорпиус, не слишком обеспокоенный тем, каким цветом ему разукрасят веки, нашёл глазами Гарри, взгляд которого всё это время жёг спину, и подмигнул ему. Отражение в зеркале послушно мигнуло густо накрашенными ресницами, и, поняв, насколько вульгарно выглядит, Скорпиус начал намеренно строить глазки, зазывно выпячивать губки и играть подведёнными бровями.

Как-то уж больно быстро Гарри перестало быть смешно. Скорпиус, конечно, был забавен, но почему-то его накрашенное лицо вызывало в Гарри совершенно неприличные реакции. Он поерзал и непроизвольно шире расставил ноги. Вспомнилось обещание Малфоя не выпускать его из постели до утра. Гарри прислушался к себе и понял, что ему эта идея очень даже нравится. Похоже, он окончательно созрел, чтобы пуститься во все тяжкие. К тому же, то, что было утром, оказалось очень правильным, логичным и чертовски приятным.

– Хочу тебя, - произнес он одними губами, надеясь, что Скорпиус поймет. И тут же укорил себя, ведь пообещал больше не мешать работе Малфоя.

Скорпиус тут же перестал кривляться и посмотрел на Поттера таким взглядом, что появившийся в павильоне фотограф восхищённо прищёлкнул языком.

– Это потрясающе, дорогой, - воскликнул он, - только сегодня от тебя требуется нечто иное. Хотя… - он задумчиво потёр гладко выбритый подбородок.
– Может быть, сделаем половинную сессию, первая половина - холодная гламурная неприступность, а вторая - распущенная сексуальность ночных клубов Манхеттена! Да детка, ты меня вдохновляешь!
– и фотограф послал Малфою воздушный поцелуй.