– Не совсем так, - сказал Гарри и мысленно пояснил, - он просто помог мне освободить Люциуса, а тот уже забрал медальон из хранилища в Мэноре.

– Что значит «не совсем»?
– резко спросила она и добавила требовательно, - Гарри, скажи мне, что ты не был в Малфой-Мэноре.

Тот пожал плечами, тем самым признаваясь, что он там был.

– О боже, - воскликнула Гермиона.
– Скажи мне, что с тобой был кто-то еще, кроме Ремуса. Мы предупреждали тебя, чтобы ты не ходил туда. Это слишком опасно.

Гарри в упор посмотрел на нее.

– Вот почему я не рассказываю вам все, - произнес он таким невозмутимым тоном, что она вздрогнула.
– Вы с Роном хотите играть по строго установленным правилам, гарантирующим вам относительную безопасность.

Он покачал головой.

– Волдеморту плевать на правила, и я тоже должен делать так. Вы с Роном моментально отказались от мысли заниматься поисками в Малфой-Мэноре. Похоже, вы просто шутили, когда предлагали мне поговорить со Скримджером. Вы не хотите, чтобы я рисковал. Вы пытались запретить мне расспрашивать Джинни о Тайной комнате. Но мне пришлось сделать все это, и в результате я нашел хоркруксы.

– Мы бы помогли, если бы ты попросил нас, - тихо сказала Гермиона, но было понятно, что она сама не верит своим словам.

– Возможно, - ответил Гарри.
– Но сколько бы мне пришлось потратить времени, чтобы убедить вас, что риск минимален, прежде чем отправиться в Малфой-Мэнор? Не имея доказательств, что в Тайной комнате что-то есть, сколько времени мне пришлось бы убеждать вас разрешить мне попросить Джинни вернуться туда?

– Я не думаю, что располагаю запасом времени, - грустно продолжил он.

– Это не значит, что мне не нужна ваша помощь, просто я считаю, что вы не готовы помогать мне теми способами, в которых я нуждаюсь.

Поттер глубоко вздохнул. Он понимал, Гермионе не понравится то, что он собирался сказать дальше, но юноша чувствовал, что это все равно нужно сделать.

– Ты не доверяешь моему мнению, - вид у Гермионы стал болезненным, но он продолжил.
– После того, что произошло в Министерстве, у тебя есть причины не доверять мне. Но вы с Роном всегда оспаривали мое мнение и мою способность принимать самостоятельные решения. Когда ты считаешь, что я не прав, то сразу же идешь к МакГонагалл. Учитывая, какая передо мной стоит задача, я не могу позволить, чтобы ты бегала к кому-то из-за того, что считаешь, будто я должен всегда поступать по правилам.

– Мы не доверяем тебе?
– тихо переспросила она.
– Так было и с твоей «Молнией», и с твоим именем в Кубке огня, я помню про книгу Снейпа и про Малфоя в прошлом учебном году. Да, мы были против того, чтобы ты расспрашивал Джинни, и против похода в Малфой-Мэнор. И я пыталась удержать тебя от поисков в колодце.

– У тебя были добрые намерения, - тихо сказал Гарри.
– Я знаю, ты стараешься, чтобы все были в безопасности, но я ввязался в опасную игру, Гермиона. Мне приходится рисковать.

Девушка расплакалась. Поттер обнял ее, чувствуя себя виноватым. Он полез в карман за носовым платком, радуясь, что он у него есть. Драко сунул ему платок перед самым уходом, настаивая на том, что Гарри не знает, когда он может понадобиться.

Гермиона с благодарностью взяла его, хотя и бросила на друга странный взгляд, но ничего не сказала. Она отвернулась, чтобы вытереть глаза и нос.

– Ты в порядке?
– тихо спросил Гарри.

– Нет, - ответила она, высмаркиваясь.
– Я знала, что ты немного сердишься на нас, но не понимала, что мы делаем тебе больно. Я не расценивала это как недоверие тебе.

– А теперь ты это понимаешь?
– спросил Поттер.

– Да, - призналась она.
– И мне очень жаль, что ты больше не веришь нам. Я считала себя одним из твоих лучших друзей, но поступала не по-дружески.

Гарри пожал плечами.

– Ты все равно в числе моих лучших друзей, Гермиона. Не знаю, что я делал бы без тебя. Я не жду слепого доверия и что ты будешь просто делать то, что я говорю. Я просто… просто хочу, чтобы ты доверяла мне чуточку больше вместо того, чтобы вести себя так, будто ты одна знаешь, что для меня лучше.

– Я была к тебе несправедлива, да?
– тихо спросила она.

– В последнее время со мной было нелегко общаться, - ответил Поттер, снова пожимая плечами.
– Я тоже был несправедлив к тебе. Я чувствую себя виноватым, но я не мог не сказать тебе всего этого.

Гермиона наклонила голову.

– Поэтому ты предпочел вместо нас иметь дело с Ремусом?

– Да, - ответил Гарри, снова чувствуя себя виноватым, потому что он не упомянул других людей, которые помогали ему. Гермиона обидится, когда узнает, что близнецы и Джинни знали о слизеринцах, а она нет.